Хозяйка графских развалин

Гарет подаёт мне руку:

— Даниэлла?

— Что изменилось? — вопрос, который я не могу не задать. — Вы намеревались провести полный ритуал, но использовать спящие регалии, но получилось иначе. Какая разница?

— Простите, Даниэлла.

— Простить? — о чём он.

— Регалии хранились в храме веками, их не использовали ни мой отец, ни мой дед, ни мой прадед. Сохранились записи, но из-за размытых многословных формулировок их довольно трудно понять.

Серьёзно? Я должна поверить, что у графа нет ответа?

Мой новообретённый муж лжёт? Хотя… Если брачный ритуал в родовых традициях был забыт на несколько веков, то нечего удивляться, что точные сведения о нём потеряны.

Гарет подхватывает меня под руку и настойчиво тянет к выходу. Я не сопротивляюсь и следом за ним приседаю на корточки, пробираюсь в туннель, круто уходящий вверх. Подняв голову, я не вижу Бетти. Она так быстро поднялась?

Близняшки выбираются из зала следом, и Гарет говорит им ждать, но я предлагаю ему сперва проводить девушек — меня по-прежнему влекут светящиеся голубым светом изображения, особенно одно, над входом. Решившись, я протягиваю руку и подушечкой указательного пальца касаюсь контура. Делаю я это демонстративно на глазах у графа и близняшек. Они же остановят меня, если это опасно, верно?

— Кто бы мог подумать, что вас заинтересуют ритуальные сюжеты?

— Сама не ожидала.

Возможно, я найду что-то поинтереснее.

Изображения действительно важны или я пытаюсь заполнить пустоту?

Гарет уводит Мими, я остаюсь с Гебби наедине, но девушка отворачивается. То ли из вежливости, чтобы не мешать мне рассматривать картинки, то ли стесняется болезни, то ли по характеру нелюдимая. Столько вариантов приходит на ум…

На стене, над квадратным проёмом-лазом у самого пола светится изображение крылатой особы, сидящей в кресле. В её руке распустившийся цветок. Повторяющееся изображение, ничего нового, разве что благодаря размеру оно более детальное. Обозначена каждая складочка на платье, каждая жилка на лепестках. Лицо же остаётся пустым пятном.

Смотрится жутковато.

Я до конце не понимаю, почему продолжаю смотреть, выискивая незамеченные нюансы, и моё упорство вознаграждается.

Цветок оживает, медленно складывает лепестки. Кажется, что бутон закрывается. Линии продолжают меняться, и цветок вытягивается, изгибается, превращается в… самый обычный ключ с ажурной головкой и зубчатой бородкой. Фигура на стене делает плавное движение пальцами, и ключ проворачивается.

Раздаются шаги — граф возвращается.

Ключ обратно становится цветком, и к приходу Гарета лепестки раскрываются, изображение вновь неподвижно.

Я понимаю, что Гебби, которая предпочла смотреть в другую сторону, ничего не видела. Она неуклюже шагает навстречу брату, и вдруг начинает заваливаться на стенку.