Сердце Дракона. Том 20

Чтобы искать Правила, надо знать об их существовании, что даже в Чужих Землях не слишком распространенная информация.

— А как же…

— Лэтэю мы выручим, — перебил Хаджар. — Я отплачу кровью, чтобы это ни значило, после чего мы отыщем нужные ингредиенты и спасем Лэтэю, а затем… нас больше ничего не держит в этом крае.

— А как же честь?

— Если я задержусь здесь еще на век, Хельмер, оберегая свою честь и помогая местным, то кто знает, каким боком это обернется перед Парадом Демонов. И тогда малое добро, что я здесь сотворю, обернется большим злом.

Хозяин Ночных Кошмаров вздохнул и протянул отросток к окну, слегка коснувшись его поверхности отчего вокруг места, где отросток прикоснулся к стеклу, разошлась сеточка миниатюрных трещин.

— Я ведь знаю, что ты блефуешь, Хаджи, — тяжело произнес демон. — И ты не успокоишься, пока не убедишься в том, что Северным Землям не угрожают хотя бы сыны Феденрира и он сам, но… Вот знаю, что блефуешь, а не могу ничего поделать. Потому что, если вдруг ты не блефуешь, то…

Демон замолчал. Хаджар же лишь молча смотрел на крыши домов ночной деревни.

Он ненавидел интриги.

Всем сердцем.

Так истово, как только мог кто-либо испытывать ненависть к чему-либо. Из-за интриг вокруг его пути погибло больше людей, чем от всей стали и огня вместе взятых. Из-за интриг он потерял семью, друзей, чуть ли не собственную суть. И все это потому, что каждый раз находился тот, кто пытался использовать чужие руки для достижения своих целей.

Да, с возрастом генерал начал понимать, что простая солдатская жизнь — лишь разменная монета в игре тех, кто передвигает фигуры по доске. И то, что воину кажется простым и понятным, лишь кажется таковым, потому что мастерам игры не нужны думающие пешки.

Но это не мешало Хаджару продолжать ненавидеть сам принцип существования подобной игры. И как бы ни были чисты и благородны помыслы игроков — до тех пор, пока они не отдадут все, включая самих себя, для победы — они остаются не больше, чем…

Перед внутренним взором Хаджара появились лица Моргана и Чин Аме. Двух величайших интриганов, что встречал на своем пути Хаджар. И оба они, как раз, пожертвовали всем ради того, во что верили…

Жизнь.

Сложная штука.

Ни черного, ни белого, ни даже серого.

Вообще никаких цветов. Ориентиров. Указателей. Хоть кого-нибудь, кто сказал бы, где правильно, где истинно, а где лишь бесконечная плеяда ошибок, увенчанная холодной бездной забвения.

— Чего завис? — спросил демон.

Хаджар дернулся и отвлекся от окна. С некоторой тревогой он обратился взором в мир своей души и тут же обнаружил в нем бесконечный ветер, качающий море травы.

— Не все размышления связаны с приближающейся смертью, Хаджар, — неожиданно серьезно произнес Хельмер.