Сердце Дракона. Том 20

— Ты ведь знаешь это имя, да? — внезапно понял Хаджар.

Уголки губ чуть дернулись. Когда-то давно генерал слышал истории о том, что никто во всем мире не владеет именем этого самого мира — от того он и Безымянный. Ведь если знаешь имя, то обладаешь властью над тем или чем, кому это имя принадлежит.

И, вроде как, сильнейшие мира сего, включая Яшмового Императора, Королев Фае, Пепла и Князя Демонов искали это самое имя, чтобы обрести величайшее могущество.

Вот только… спустя столько веков, столько стран, столько войн и потерь, Хаджар начал сомневаться в этой точке зрения.

— Ты знаешь, как тебя зовут, генерал, — ответила Гвел. — знал с самого детства. С того момента, как Элизабет прошептала Dlahi Hadjar, — она произнесла это так… как произносила лишь один человек кроме его собственной матери.

— Ты…

— Я помню каждое свое перерождение, — продолжила старуха. — Помнила всегда. И всегда знала, куда идет моя дорога. И знай я свое имя или имя того места, где мы находимся, я ни на что не могла повлиять. То, что ведет меня, это не хозяйка, мой принц, это надзиратель. И что тебе даст знание имени своего надсмотрщика, если ты все равно сидишь в темнице? Лишенный глаз, ушей, губ, языка, конечностей…

Хаджар отшатнулся.

Он смотрел перед собой, но глаза отказывались видеть, а уши слышать. Сердце стучало с такой скоростью, что от его шума звенело в голове.

— Няня?

Гвел протянула морщинистую руку, положила её на грудь Хаджара, а затем слегка толкнула.

— Поспешите, мой принц, и не забывайте наказ — не оборачивайтесь. И, может, тогда мы снова с вами встретимся.

Хаджар попытался ухватить её, но ладони прошли насквозь того, что еще недавно являлось Гвел… Няней… и перед тем, как рухнуть в воды пруда, генерал успел заметить новый цветок, расцветший посреди сотни и одного таких же.

А теперь — на один больше.

Проклятые интриги…

Глава 1812

Хаджар должен был упасть в воду, но не ощутил ни прохладной влаги на коже, ни потяжелевшей, намокшей одежды. До слуха не донеслось даже самого приглушенного всплеска, а над головой не сомкнулись своды прозрачных зеркал. Вместо этого Хаджар ощутил себя словно в чужом сне, куда попал по ошибке и ненароком.

Потоки разноцветных частиц кружились вокруг него, словно галактики в миниатюре, каждая нить, казалось, танцевала в сложном космическом балете.

В центре этого водоворота Хаджар парил в невесомости, молчаливый наблюдатель завораживающего зрелища потусторонней силы, которая вилась, гудела и бурлила вокруг него.

Этот бесконечный поток силы не был хаосом в своей сути, а, скорее, порядком и энергией, резонирующей с симфонией едва уловимых вибраций, которые наполняли воздух и словно мальки в небольшой речушке неловко бились о его кожу.