Хозяйка приюта Дрэгонвилль

Вот скажи, разве тебе так важно, что думают о тебе другие драконы?

Аркадия ненадолго задумалась. А потом улыбнулась и промокнула слезы в уголках глаз кончиками пальчиков.

— Мне плевать на тех, кому плевать на меня, — решила и с видимым облегчением вздохнула. Прижалась ко мне теснее, упершись макушкой в область солнечного сплетения. — Для меня важнее ты, мама. Ты и мои друзья. Мои родители отказались от меня, но теперь у меня большая дружная семья. Правда ведь?

Она подняла на меня лиловые глаза.

Теперь я чуть не расплакалась. Аркадия, в отличие от остальных детей, впервые назвала меня мамой.

Мой маленький нежный цветочек, так долго притворявшийся колючкой, наконец-то сбросил последние шипы.

— Правда, дочка, — призналась я. — Мы семья, большая и дружная. Если понадобится, встанем друг за друга горой и поможем, кто как умеет.

Впрочем, я искренне надеялась, что воевать нам не придется. Все, что было нужно детям и взрослым приюта Дрэгонвилль, так это чтобы нас оставили в покое. Дали развиваться в доброжелательной и счастливой атмосфере. Все, что нужно для этого, у нас уже было."

"Мик, наш удивительный водный дракончик, изучил уже все водоемы на территории приюта.

Хотел выбраться и за его пределы, но я была категорически против. А то, что мальчик изучал подводный мир, только приветствовалось. Теперь на нашем столе всегда была свежая рыба и моллюски. К тому же Мик сумел вырастить розовые лотосы: душистые цветы полюбились девочкам, а нежные стебли Авила мариновала, жарила и подавала к столу как гарнир.

Кемран и Амир остались единственными драконами, так и не сумевшими ни разу принять истинный вид. Но мальчики не расстраивались из-за этого. Их воздушный дар был необычайно силен и с лихвой возмещал отсутствие крыльев или плавников, как в случае с Миком.

Максимка, мой первый малыш-дракон, радовался за всех и стал, пожалуй, главным оплотом спокойствия и равновесия в приюте. Если кто-то ссорился, он старался примирить. Когда один из детей печалился, всегда поддерживал и находил слова утешения. Но по-прежнему ходил за мной по пятам и старался не выпускать из виду, как будто боялся, что нас вновь разлучат.

Этим вечером, когда все собрались за общим столом, Максимка по обыкновению сел рядом.

Он первым увидел красного дракончика, влетевшего в окно. Мой «браслет» держал в зубках не только письмо от повелителя, но и свернутую в трубочку и перевязанную алой лентой газету.

— Могу поклясться, что это последний выпуск «Магического вестника», — произнесла я, с замиранием сердца принимая почту. — Очень надеюсь, что Тарина проявила благоразумие и не опубликовала ничего лишнего.

Зная эту особу, можно было ожидать чего угодно.

— Надеюсь, она не написала про нас гадостей, — охнула Авила, приложив руку к груди.