Хозяйка приюта Дрэгонвилль (СИ)

— Ей уже лучше, — дополнила Аркадия и поправила несуществующий парик. Такой она носила прежде, чтобы скрыть неприличные для дракона русые волосы.

— Вы не умеете врать, девочки.

Я покачала головой и, взявшись за край одеяла, хотела стянуть его с Софи. Но не ту-то было, малышка крепко держала его изнутри.

— Милая, позволь мне помочь, — осторожно произнесла я. — Поговори со мной. Не прячься под одеялом, это не выход.

— Ты будешь ругаться… — охнула Софи и снова всхлипнула.

— За что?.. — удивилась я.

Посмотрела на Аркадию и Милу, но эти две заговорщицы отвернулись, притворившись, будто не в курсе происходящего.

— Дай мне посмотреть на тебя, — снова попросила я у Софи. — Ты же знаешь, я тебя очень сильно люблю. Всех вас. И никогда не сделаю вам ничего плохого. Позволь помочь тебе.

— Это я сделала плохое… — прошептала Софи и заплакала в голос. — Меня надо наказать.

Софи и плохое — не может быть! Эта малышка всегда была одной из самых послушных и добрых девочек. Я не верила, что она способна сотворить нечто, за что ее стоит наказывать.

Мне все же удалось стянуть с нее одеяло. И тогда стала видна причина плача: лицо девочки покрылось пятнами ожогов. Я уже видела такое. Однажды, еще в детстве, когда не рассчитала прыжок и угодила в заросли борщевика. Его в окрестных лесах не водилось, зато был зверь пострашнее. Точнее — растение.

— Ты трогала комбустию, Софи? — спросила я, заранее зная ответ. — Не следовало этого делать. Я же сказала, что она опасна.

Вздохнув, Аркадия вытащила из-под кровати коробку. В ней и обнаружилась причина плача Софии. Цветок той самой комбустии, красивый, душистый, но крайне опасный.

— Я сорвала его аккуратно и завернула в платок, — решилась на разговор Софи. — Хотела оставить на память. А вечером не удержалась, и понюхала. И вот… — Она указала на свое лицо. — Я заслуживаю наказание, верно, Дарья?..

— Нет, милая, — утешила я, осторожно обнимая, дабы не задеть ожоги. — Никаких наказаний, тебе и так пришлось несладко. Я помогу тебе, вот только приготовлю нужное снадобье. Потерпи немного.

— Хорошо… — выдохнула малышка и приложила ладони к пылающим щекам.

— А вот этого делать не стоит, — предупредила я.

Мягко отстранила ее ладошки, и удивленно охнула. В том месте, где пальчики Софии касались щек, ожоги как будто убавились.

— Знаешь, делай так, как тебе будет легче, — исправилась я.

Пока готовила отвар и пропитывала им мягкую тряпочку, успела возненавидеть все сорняки на свете. Как бы ни пыталась я оградить детей от опасности, это не удалось. Вредоносные травы нашли способ привлечь к себе внимание. Не ярким окрасом, так запахом.

— Что ж, в таком случае объявим им войну! — решила я.

Гадкие растения вредят не только детям, но и многим животным.