Хозяйка Севера

Я могла больше не бояться поправиться. Не только потому, что Герман, кажется, и тогда бы смотрел на меня точно также, как он смотрел на меня сейчас — с желанием во взгляде (в конце концов, он предпочёл той красивой брюнетке меня, а это что-нибудь да значило). Но кроме этого, Герман, он..

… он не бросал меня наедине с моим проблемами.

Он ведь не просто организовал для меня спортзал, он ещё и был отличным инструктором — требовательным, но знающим, и в то же время крайне внимательным...

То же самое насчет работы.

По факту, он не запрещал меня вернуться обратно на моё прежнее место работы. Нет. Но он честно обрисовал мне всю ситуацию и, можно сказать, сам дал возможность выбора: чего именно я хочу — остаться работать в полиграфической фирме под присмотром его охраны или начать учиться как быть Луной Стаи.

«Всё правильно, Наташка. Твой жоних дал тебе право выбрать цвет поводка: благородный красный или веселенький розовый. Тебя обманули, подловили — и официально привязали к себе. А ты радостно бегаешь по кругу, думая, что всё ещё свободна».

Нет! Не в этом дело...

«Ты просто снова хочешь плыть по течению, не пытаясь самостоятельно построить свою собственную жизнь».

А что это — моя собственная жизнь?

Разве когда я жила с Аркадием, у меня была своя собственная жизнь? Я всеми силами стремилась прорасти в него, жила его интересами... и надеялась, что это будет взаимно.

Ведь именно так поступают все семейные люди — когда двое людей создают что-то своё одно общее...

В любом случае, когда живешь с человеком, прилаживаться приходится...

Да что там с человеком, даже к домашнему животному надо привыкать — у каждой кошки или собаки свой уникальный характер: одни кошки любят ластиться, другие предпочитают игнорить хозяев, вспоминая о них только во время кормления...

А тут, не просто Бобик или Мурка. Тут целый человек.

«... И в нашем случае, ещё немножечко волк».

Я тяжело вздохнула.

Да уж.

Только в моем случае прилаживаться приходится только мне — свобода Германа ничем не ограничена, в то время как я не могу уехать из его города... не могу ни шагу ступить без его одобрения.

Разве это жизнь?

«Ты все ещё думаешь, что у тебя есть выбор? Глупая Наташка... Спроси его, что будет через две недели, если ты не согласишься остаться рядом с ним как жена — спроси, и убедишься, что выбора у тебя нет».

Именно эта мысль не давала мне покоя.

Чтобы сделать выбор — не подстроиться под чужую жизнь, не принять обстоятельства как что-то нежеланное, но неизбежное, я должна была иметь этот выбор."

"Пусть мой брак с Аркадием не сложился, но по крайней мере, выйти за него замуж и переехать в его город было моим собственным выбором, а не чем-то, что мне навязали насильно.

Наверное, такие мысли могли показаться постороннем человеку чем-то глупым.