Хозяйка Севера

Он протянул ко мне руку, давая возможность рассмотреть в тусклом свете фонаря его широкую мужественную мозолистую ладонь с длинными пальцами.

— Если ты перестанешь бояться того, чего не знаешь и перестанешь озираться назад — у нас всё получится, — уверенно добавил Герман.

Мне хотелось в это верить.

Хотелось глубоко вздохнуть, на всякий случай зажмуриться... и вложить свою ладошку в его руку.

Но...

Герман был прав: прошлый брак, который закончился разводом, дался мне слишком тяжело, чтобы я снова бездумно бросилась в этот омут.

Обжегшийся на молоке, дует на воду... хотя, сказать так честно, жизнь с Германом не напоминала мне минералку из холодильника.

— Что со мной будет, если я всё-таки не соглашусь? — спросила я, оставаясь сидеть на коленях возле лежащего рядом Левицкого, который в ответ на мой вопрос коротко усмехнулся.

— Как ты понимаешь, отпустить тебя в столицу или куда-то ещё далеко я не смогу. — Герман посмотрел на меня, прищурившись. — Наташ, даже если бы я хотел... мой волк не позволит расстаться со своей истинной парой. Особенно сейчас, когда мы уже полностью связаны.

— Тогда... какой же у меня остается выбор?

— Если ты не пожелаешь сохранить наш союз, то технически мы всё равно останемся супругами. Тебе будет позволено жить отдельно — здесь или в любом другом месте на территории моей стае.

Герман усмехнулся.

— Естественно, одной. Никаких мужчин рядом с тобой я не потерплю.

— И как долго? — спросила я... скорее для проформы, чем для того, чтобы узнать ответ. Потому что ответ я и так уже знала.

— До конца жизни, — ответил Герман, неприятно улыбнувшись. — Поэтому, если ты хочешь детей, я — твой единственный вариант.

Я взглянула на Левицкого, который сейчас словно расслабленный хищник, раскинулся на белоснежных простынях. О да, он нисколько не сомневался, что так или иначе, но я соглашусь на его предложение. Ведь уже прекрасно знал, чего я больше всего хочу от этой жизни: семью и детей.

— … а твоя стая? — спросила я вкрадчиво. — Если я выберу жизнь без оборотней, мне ведь не придется больше проводить время среди них?

Я могла и не задавать этот вопрос, так как уже догадывалась, что может ответить Герман.

Точнее, что он должен ответить.

Но я не могла отказать себе в удовольствии стереть эту расслабленную усмешку победителя с его лица.

Пусть Герман не думает, что загнал меня в угол. В конце концов, если я не соглашусь на его условия, то я не только, он тоже многое потеряет... куда больше моего.

— Нет, — не отрывая от меня внимательного взгляда, произнес Герман. Я видела, что ему не очень не понравился мой вопрос, потому что нахмурившись, он недовольно повторил. — Нет, тебе не придется встречаться ни с кем, кроме меня … и твоей охраны.

«И твоей охраны».