Хозяйка Севера

К примеру, когда мы только приехали вчера в этот дом, Герман представил тетю Люду вперед её мужа, хотя в обществе оборотней царит полная патриархальность. Обычно, в таких случаях мужа бы представили гостю первым. Но для Германа важнее тетя Люда, поэтому её представление вперед супруга — исключение из правил.

Точно также и сейчас — несмотря на то, что тетя Люда старше меня по возрасту и вообще в этом доме явно не просто главный кашевар, но ещё и домоправительница; она, пропустив меня вперед, лишний раз продемонстрировала мне разницу в наших статусах. Хотя, казалось бы, именно тетя Люда знала об этом доме всё и могла быть здесь официальным экскурсоводом.

«Вот и уроки Дарьи Андреевны пригодились», — мысленно хмыкнула я, оглядывая комнату, в которую мы вошли.

Знакомую мне комнату.

Узнавание было не стремительным, не скорым — я даже хмыкнуть успела и подумать о правилах, принятых в обществе оборотней. А вот зато потом...

Я судорожно вздохнула, даже не пытаясь сдержать этого громкого, нервного вздоха."

"Эта была та самая спальня! Та самая комната, в которой я провела одну из ужасных, одну из страшнейших ночей в своей жизни.

Кажется, что у человека в запасе бесконечное количество дней и ночей... мы живём от Нового года до Нового Года, от отпуска до отпуска, от дня рождения до дня рождения. Мы не считаем дни, не считаем недели и месяцы, иногда даже специально убиваем время, когда очень сильно чего-то ждём. Нам кажется, что вот-вот, ещё одно мгновение — которое может растянуться на несколько лет — и счастье обязательно придет.

Но вместо это приходит ночь.

Короткая. Ужасная. Жестокая.

И ты, ещё совсем маленькая и несмышленая, слышишь сдавленные рыдания матери, которые она из всех сил старается сдержать, чтобы не побеспокоить тебя.

А потом ещё одна ночь, когда уже бабушка обнимает тебя за плечи и обещает, что всё будет хорошо. Что маме на самом деле не было больно, и что теперь там, за гранью, она воссоединилась с отцом.

И на какое-то время эти ночи крадут у тебя улыбку, смех и то самое желание обязательно когда-нибудь дотянуться до счастья.

Но жизнь так устроена... проходит какое-то время, и эти страшные ночи начинают потихоньку выцветать...

...до того момента, когда ты внезапно понимаешь, что осталась в пустом доме совершенно одна.

Ты слышишь тиканье часов, которые так нравились твоей бабушке, замечаешь на столе её очки — и понимаешь, что время только-только перевалило за полночь — а ты уже думаешь о родной бабушке, которая тебя подняла и вырастила — в прошедшем времени.

И опять проходит время, и опять эта страшная ночь понемногу выцветает. Возможно, потому, что тебе уже не кого терять — ты совсем одна и тебе даже кажется, что таких ночей уже больше не будет, ведь в твоей душе пусто...