Сердце Холода

Можно себе представить, какой ребячий гомон стоял у неё в голове.

– Нормально, – кивнула она, опустив лапы и тряхнув крыльями, – надо только привыкнуть. Бежать рано, охрана бдит… но я буду слушать. – Бросив виноватый взгляд на Холода, она прикрыла глаза и вновь сжала виски.

– А знаете что? – вдруг выпалила Кинкажу, подпрыгнув на упругих лианах. Казалось, что радужная болтается в воздухе, настолько точно её лапы воспроизводили цвета окружающей зелени. – Я всё поняла! Пока вы летали искать Хладну, всё думала о новом пророчестве… Помните? Бойся драконьего мрака, бойся крадущихся в снах… Это же про королеву Пурпур! Она как раз и прокрадывается в чужие сны!

– Может, и так, – задумался Вихрь, – вот только уж больно близко там мрак… Не о том ли Мракокраде речь, которого упоминал Холод?

– Да ну, какой Мракокрад! – фыркнул ледяной дракончик. – Его уже сотни лет как нет в живых. Если пророчество о нём, то оно сильно устарело.

Луна вздрогнула и зажмурилась сильнее – или это только показалось?

– Погодите! – снова запрыгала радужная. – Я и другое поняла! Там дальше про жар и власть в когтях – помните ту жуткую огненную небесную, от которой все попадали в обморок в академии? Как там её звали…

– Беда! – прорычал Холод, стискивая зубы. Ну конечно, нечего и сомневаться. Та, что сжигает драконов одним прикосновением. Явилась в главный зал как ни в чём не бывало, не опасаясь наказания, – после стольких жестоких убийств! – А что, запросто, вот в это я бы поверил. Беда способна на что угодно.

Песчаный с сомнением покачал головой.

– Беда спасла жизнь Глину, я был там и видел своими глазами. Не может она больше работать на Пурпур.

– Сентиментальные глупости, – буркнул Холод.

– Эй, не ссорьтесь! – вмешалась радужная. – А может, как раз поэтому она та, что иною казалась? Кажется, что Беда изменилась, а на самом деле предаст драконят, устроит везде пожары и всякие другие пакости! – Она вдруг передёрнула крыльями. – Страх какой… Даже расхотелось об этом говорить.

Песчаный дракончик повернулся к Луне и осторожно тронул за крыло.

– Ты видела что-нибудь похожее в голове у Беды? Может она замышлять пакости?

– В её мыслях невозможно разобраться, – вздохнула ночная, открывая глаза. – Там всё горит огнём, почти так же, как снаружи. Пожалуй… мне кажется, Беда очень несчастлива, но я далеко не уверена, что злая. Вообще-то, плохих драконов нет… то есть совсем плохих.

– Как это? – не понял Холод. – Плохих сколько угодно, и не сосчитать!

– Это только если не видеть, что у них в головах, – возразила Луна. – Драконы сложнее, чем кажутся. Одни добрее других… – Она бросила быстрый взгляд на Вихря. – Другие храбрее. – Взгляд переместился на Холода, и ледяной дракончик вздрогнул.