Хозяйка волшебной лозы

Руки, ноги, все наполнилось какой-то зудящей энергией, а ритмичные звуки скрипки, гитары и тамбуринов звали в танец.

Один шаг, и мы понеслись вокруг бочек. Огни костров и факелов слились в вереницу, голова кружилась, словно я хлебнула вина перед танцем, а энергия кипела и рвалась наружу:

– В бочки! – кричал сквозь смех Доротэо.

Я, ничего не понимая, просто смотрела на темное плотное дерево и видела, что пузырьков становится больше, Создавалось впечатление, что виноградный сок потихоньку закипает. Когда я обессиленная свалилась на землю, бодрый Доротэо присел рядом со мной на корточки:

– Отлично поработали, синьорина! Через недельку нужно будет выделить осадок…

Я простонала:"

"– Уйди, коварный! Как я теперь в дом попаду? Не на земле же спать?

Дори легко подхватил меня на руки, донес до крыльца и передал на руки экономке и синьору Портэллу. Старик веселился, перемигивался с синьорой и приговаривал:

– Ох, и сладкое нынче будет вино! Ох, и сладкое!

* * *

Герцог ди Новайо размашистым шагом шёл по коридорам дворца. Только вчера он вернулся из очередной инспекции, и теперь король ждал его с докладом. Спасибо Рикардо, что дал передохнуть ночь, и Алистер не чувствовал себя развалиной.

В этот раз он инспектировал пшеничные поля и нашёл много случаев подлога и воровства. Герцог удивлялся людям, которые воровали у короля, а потом просили у инспектора снисхождения. Он попытался бы понять, если б воришка умирал от голода.

Но и у барона Пиронтэ, и у графа Вийетта был приличный доход, дочери удачно выданы замуж, а сыновья пристроены на службу. И всё же и тот, и другой укрывали часть урожая в свою пользу. Решать их участь будет король, свою задачу Алистер выполнил.

– Дед Пиронтэ получил баронство от моего отца за верную службу. Это был достойный и честный человек. А внук измельчал… – его величество задумчиво вертел на блюдечке чашку с кофе, горьким напитком, который вошёл в моду совсем недавно.

Алистер отпил из своей чашки. Горечь была ужасная, но кофе отлично бодрил. Герцог и король уже успели пристраститься к этому напитку.

И в последнее время ди Новайо всё чаще стал себя ловить на мысли, что эта горечь ассоциируется у него с одной, вполне определённой синьориной.

После визита на виноградник Портэлла прошло несколько месяцев. А воспоминания, которые давно должны были потускнеть, продолжали оставаться такими же яркими.

Герцог убеждал себя, что его привлекает загадка таинственной синьорины. Ведь в её истории было больше вопросов, чем ответов. Алистер даже провёл собственное исследование и всё-таки обнаружил след одной из внебрачных дочерей Даниоли. Девушка пропала, и это могло бы совпадать с историей ученицы старого винодела, если бы свидетели не путались в датах.