Хозяин волчьей стаи

Я закрываю от тебя свои воспоминания и мысли, но природа истинных пар такова, что иногда это всё равно будет прорываться… Я не могу изменить своего прошлого… Да и не хочу, — в раздражении добавил Баев. — Я взрослый мужик, который любит трахаться и не видит в этом ничего плохого.

— То есть ты будешь показывать мне эти пошлые моменты из своей жизни? — обалдело воскликнула я. — Этого ещё не хватало.

— Я надёжно закрыт, но вот ты совершенно не умеешь обращаться со своей силой. Да у тебя, к тому же, немного другая её природа… Скорее всего, из за нашей связи и своей силы, ты сможешь «читать» других самок.

Я не могла этому поверить.

— Это ты меня так к этому готовишь, не так ли?

Баев пожал плечами.

— Это часть нашей жизни, не вижу в этом ничего страшного. Конечно, плохо, что Андрей воспитывал тебя как человека, не прививая тебе устои жизни оборотней…. Но что поделать, будем жить с тем, что дают. Оборотни, знаешь ли, не блюдут нравственную чистоту в ожидании избранного.

Я не могла поверить своим ушам. И тут меня — не волчицу, не какое — то оборотническое подсознание — именно меня, дернуло спросить.

— То есть если бы у меня были мужчины до тебя, то ты бы тоже относился к этому нормально? Вдруг в воспоминаниях бы всплыло…

И я мысленно себе представила, как целуюсь со своим сокурсником, звездой студенческой баскетбольной команды.

Баев зарычал, одним взмахом руки порушив большой встроенный в стену комнаты шкаф.

— Не смей. Даже. Думать. Об этом. — зарычал он, надвигаясь на меня.

— Поняла?! — рычал Баев, ощерившись страшной звериной пастью. Взмах руки — и небольшой столик летит в стену, падая обломками на поверженный ранее шкаф.

Вжавшись в угол комнаты, я замерла и зажмурилась.

Горячее тяжелое дыхание прошлось рядом с моей шеей, опускаясь ниже …ниже… ещё ниже…

На какое то мгновение в комнате повисла мертвая тишина."

"Выждав немного времени, я открыла глаза… и тотчас встретилась взглядом с желтыми волчьими зрачками Кирилла. Баев, полутрансформировавшись, сейчас даже отдаленно не напоминал человека. Впрочем, он не был и волком — что — то среднее, устрашающее. Андрей говорил, что такая переходная форма наиболее эффективна в бою, поскольку вобрала в себя всё самое лучшее от волка и от человека.

Эта «боевая» форма, насколько я знала, применялась оборотнями только в момент особой опасности. И сейчас Баев перешёл в эту самую боевую трансформацию.

Он полусидел на корточках, наблюдая за мной снизу вверх, как хищник, неотрывно наблюдающий за своей жертвой… Впрочем, приставка «как» тут была не нужна. Баев на самом деле был хищником — страшным, опасным хищником, который на моих глазах с удовольствием загрыз другого человека… то есть оборотня.

И я понятия не имела, как он себя сейчас поведёт.