Хозяин волчьей стаи

Как то ведь моей волчице удалось уничтожить метку или хотя бы снять её на продолжительно время. А значит, и я должна попытаться…

Насколько я поняла, волчица — то моё второе я — это всего лишь животная составляющая бессознательного «я». Сейчас, после оборота, оно полностью под контролем, но оно — это по-прежнему я, только там, глубоко в душе….

Я искала материалы в интернете, рылась в своих университетских записях, занималась аутотренингом… Постепенно, шаг за шагом, убирая «звериную» чувственность. Это получилось само — собой. Сила осталась — я даже по-прежнему легко обращалась в свою зверушку, но чувства все были блокированы.

Как выяснилось сейчас, блокированы ненадёжно. Я почти потеряла контроль на собой, стоило только увидеть «подозрительные» клыки…"

"Вздохнув, я уронила голову на руки. Нет, это не в москвичке проблема. Это последствие телефонного разговора с братом. Знала ведь, что будет тяжело — недаром, так долго тянула…

Регина объявилась к закрытию. Одна.

— Как ваши «сгоревшие»? — поинтересовалась я, выдавив «дежурную улыбку». Девушка улыбнулась в ответ.

— Спасибо, значительно лучше. Мы слишком увлеклись волейболом на берегу, за это и расплачиваемся.

— Но у вас всё в порядке.

— Я уже говорила: у меня прекрасные гены, — заметила девушка. — А вы играете в волейбол?

— Немного, — кивнула я. Регина снова улыбнулась. Широко. Не скрывая волчьего оскала.

— Может присоединишься к нам, а то играть против людей довольно скучно. Ничего я на «ты»?

Я пожала плечами.

— Конечно, ничего.

— Ну, так что насчёт игры?

— В принципе, можно.

— Отлично, — хмыкнула Регина. — А то я уж боялась, что лето будет скучным… Кстати, ты из местной стаи или тоже москвичка?

— Из местной, — честно призналась я.

— Ааа, а то я уж подумала… Юлькина мать сказала, что ты только недавно работать здесь начала. Мол, из города приехала… И вообще, мол, хороший молодой специалист из Москвы.

— Всё верно, — снова подтвердила я. — Я приехала из города, училась в Москве. — Разговор выходил двоякий: то ли дружеская беседа, то ли завуалированный допрос. — Правда, какой я специалист, прости, не скажу: самому себя оценивать трудно.

Девушка облокотилась на деревянную стойку.

— А вот это ты зря. Знаешь такую поговорку: сам себя не оценишь — никто не оценит, — Регина повела обнажённым плечиком. — Себя надо ценить. И любить.

Хмыкнув что — то вместо ответа, я принялась поливать цветы.

— Ты ведь сама знаешь, что самок нашего вида намного меньше, чем самцов, — то ли спросила, то ли утверждала девушка. Я слабо кивнула.

— Слышала про такое.

— И зная это, всё ещё прозябаешь в этой дыре?

Поставив банку, в которой отстаивалась вода для поливки растений, назад, я, наконец, посмотрела на молодую оборотницу.