Храмовый раб

Ассирийцы построились похоже, но на флангах также стали большие отряды боевых колесниц.

По команде Тананну, первые ряды вавилонской пехоты двинулись вперед и остановились, прикрывшись массивными щитами. Лучники стали на позиции и открыли огонь навесом через головы своих воинов. Пращники, у которых никаких доспехов вообще не было, стояли следом за лучниками и обрушили на центр ассирийцев град камней. План был незатейлив и туп, как валенок. Засыпать стрелами и камнями строй пехоты, нейтрализовать конницу, не дав ей обойти с флангов, а потом навалиться массой бронированной вавилонской фаланги.

Ассирийцы, со свой стороны, выставили вперед тяжелых пехотинцев с ростовыми щитами, одетых в чешуйчатый доспех и вооруженных копьями. Сзади тоже стояли лучники, прикрытые щитоносцами, но в значительно меньшем числе, чем у вавилонян и эламитов. Первые два ряда стали на одно колено, укрывшись за своими щитами, давая лучникам обзор для стрельбы. Те, в свою очередь, пустили тучу стрел в сторону врага."

"С правого фланга ассирийцев сорвались легкие колесницы, запряженные четверкой лошадей. Помимо возницы, на ней был лучник и два копьеносца, прикрывающих их щитами.

Лучники засыпали строй пехоты стрелами и дротиками, устроив длинную кровавую карусель из сотен быстро несущихся повозок, расстреливая в упор пехоту. Но и эламские лучники не зря ели свой хлеб. Десятки колесниц, лошади которых были утыканы стрелами, остановились для того, чтобы обрезать упряжь. Копьеносцы соскакивали на землю, чтобы защитить товарищей, отбиваясь от вавилонян. Но, как правило, их либо расстреливали, либо рубили в капусту пятерки бойцов из переднего ряда фаланги. Конница на обоих флангах понеслась вскачь, стреляя в противника, еле видного из-за туч пыли. Сойдясь, обе конные лавы перешли на копья, работая ими ударами сверху и от бедра. В отличие от персов и вавилонян, конница ассирийцев уже имела седла и была одета в тяжелый доспех из кожаных рубах с плотно нашитыми бронзовыми бляхами. И это искупало то, что их было существенно меньше. Тем не менее, еще не были придуманы стремена и рыцарское седло, поэтому таранный удар копьями не использовался, что делало конницу, в значительной степени, просто конными стрелками.

Выпустив по колчану стрел, лучники остановились.

Тананну дал сигнал, и пехота, убрав убитых и раненых, сомкнула ряды и двинулась вперед. Ассирийская фаланга, ослабленная потерями, не теряя строя, медленно пятилась назад.

— Вот тебе и воля богов, — подумал Ахемен. — Сегодня мы победим. Раба, если увижу, палками насмерть забью. А потом штраф выплачу. Ишь ты, договорился он со мной. Лгун проклятый. А я уже повозку с казной заприметил. И полусотня под командованием брата была готова к тому, чтобы угнать ее в родные горы.