Хроники Академии Сумеречных охотников. Книга 2

Изабель тоже настояла на том, чтобы отправиться всем вместе, и Саймон был этому рад.

Легкий ветерок гулял по саду Института, шевелил листву и приносил с собой еле слышный аромат орхидей. Саймону пришло в голову, что Джордж, по крайней мере, был бы рад провести вечность в таком месте, где определенно не будет никаких овец.

Он поднялся на ноги, между Клэри и Изабель. Каждая взяла его под руку со своей стороны, и они просто стояли молча, связанные общей грустью. Теперь, когда к Саймону вернулось его прошлое, он помнил и все те дни, когда мог потерять одну из девушек. И так же ярко и живо помнил всех, кого уже потерял – в сражениях, в убийствах, в болезнях. Быть Сумеречным охотником означало быть на короткой ноге со смертью. Теперь Саймон это знал.

Но еще это значило быть человеком.

Однажды он потеряет Клэри и Изабель – или они потеряют его. Рано или поздно это случится. «Какой в этом смысл?» – спросил он тогда Катарину, но теперь он и сам знал ответ. Смысл не в том, чтобы пытаться жить вечно; смысл в том, чтобы вообще жить и делать все, что можешь, чтобы жизнь была правильной и хорошей. Смысл – в тех решениях, которые ты принимаешь, и в людях, которых любишь.

Саймон вздохнул.

– Саймон? – встревожилась Клэри. – В чем дело?

Но он не мог говорить; он не сводил глаз с могильной плиты. Воздух над ней мерцал и переливался, и из прозрачного света постепенно соткались две фигуры. Одна – девушка его возраста с длинными светлыми волосами и синими глазами, одетая в старомодную юбку а-ля герцогиня из бибисишного сериала. Вторая – Джордж, улыбающийся Саймону. Рука девушки лежала на его плече, и жест этот был добрым, теплым и чуть-чуть знакомым.

– Джордж, – прошептал Саймон. Моргнул, и дрожащие силуэты исчезли.

– Саймон, на что это ты уставился? – резким, раздраженным тоном спросила Изабель. Так она говорила только тогда, когда старалась избавиться от страха.

– Ни на что."

"А что еще он мог им ответить? Что только что видел призрак Джорджа, поднявшийся из дымки над могилой? Что он видел не только Джорджа – это по крайней мере имело хоть какой-то смысл, – но еще и прекрасную незнакомку в старинном платье? Саймон знал, что Сумеречные охотники могут видеть призраков, когда те сами этого желают, но еще он знал, что если люди по кому-то тоскуют, они могут видеть то, что хотят увидеть, а не то, что есть на самом деле.

Саймон понятия не имел, что и думать. Но точно знал, чего бы ему хотелось.

Ему хотелось бы, чтобы прекрасный дух Сумеречной охотницы, может быть, даже кого-то из Лавлейсов, умершей давным-давно, брал бы Джорджа с собой повсюду, куда бы ни направился сам. Саймону хотелось верить, что душу Джорджа ласково приняли в объятия его далекие предки и что эта часть его не умрет никогда.