След пираньи

 – Значит, ФБР? Джимен, точнее, дживумен?

Посмотрел на нее, не в силах удержаться от откровенной улыбки. Очень уж сложная гамма переживаний играла у нее на лице. С одной стороны, прекрасно понимала, что прокололась и угодила в ловушку, с другой же – не могла ни сопротивляться бродящему в крови «Приливу», ни возмутиться толком и взять себя в руки, засекреченные медики дело знают…

– Скотина, – сказала она вяло. – Это что, промывание мозгов? Ведь предупреждали, что доверять вам нельзя, несмотря на все ваши перемены…

– Шагай, не останавливайся, – сказал Мазур.

 – Конечно, промывание мозгов. Ты еще не ощущаешь позывов вступить в коммунистическую партию? Ничего, сейчас потянет… Не обижайся, при чем тут коварные коммунисты… Участникам таких игр вообще доверять нельзя, на кого бы ни работали. Ты сама-то разве не морочила нам голову?

– Но это же другое дело.

– С чего бы вдруг? Лицедейство, милая, как его ни зови, сути своей не меняет… О чем бы тебя еще спросить? – Не надо, – попросила она в слабой попытке проявить решимость. – Это нечестно. Я просто выполняла задание, ставки были очень уж велики… Мы ведь работаем и за рубежом, ты, наверное, не знаешь…

– Знаю.

– За военными всегда необходим присмотр, – сказала Джен. – Они везде одинаковые, независимо от системы.

– Ну, спасибо…

– У них всегда будет тяга вести свою, самостоятельную игру.

– Но ваши парни, как я понял, всерьез намерены погасить карьеру нашего живчика на взлете?

– Ты ничего не понимаешь, – сказала Джен. – Знаешь, есть довольно модная теория насчет того, что преступниками становятся не предрасположенные к этому, а те, кто оказался в ситуации, когда закон можно нарушить, с их точки зрения, безнаказанно.

Проблема соблазна. Дайте тысяче человек возможность наверняка украсть деньги – и, будьте уверены, процент тех, кто отказался из врожденной порядочности, будет весьма низким… – Она говорила чуть невнятно, строила фразы так, словно в минуту позабыла правила родного языка, щеки пылали: это вовсю действовал «Прилив». – Все мы – потенциальные преступники…

– И ты?

– Может быть, и я, меня же не ставили в такие условия…

– Ну, это мы мигом, – сказал Мазур. – Полмиллиона долларов и российский паспорт за подробную информацию о ФБР.

Как?

– Нет. Я люблю свою страну…

– Да я шучу, – сказал Мазур. – У вас там и так наверняка сидит табунок приличных «кротов»… Интересно, как это ты ухитрилась внедриться под видом помощницы прокурора? Я о вашей военной разведке всегда был лучшего мнения…

– Все делалось в жуткой спешке, – призналась она. – У них просто не было времени на серьезную проверку, свистопляска стояла такая, что телефоны раскалились добела…

– Прекрасно, – сказал Мазур.