Хроники Мильгарда (СИ)

Велиарий гнал Единорога все выше и выше, намереваясь достичь самого солнца. И когда желанная цель была уже так близка, горящее светило направило огненный луч в сторону всадника, который опалил Велиария, превратив его белую кожу в пунцово красную.

Вернувшись домой Велиарий обрел желанную славу и бессмертие поскольку солнечный луч наделил его сверхъестественными способностями, и даровал возможность путешествовать сквозь пространство и время. С тех пор Велиарий Красноликий стал самым главным персонажем пантеона керситских богов и покровителем керситских земель, а династия Велиариев, правившая в Риене, считалась одной из самых могущественных в Белом Мильгарде.

Несколько слов скажем о саргосской религии, которая разительно отличалась от верований других народов воды, не будучи связанной с морской тематикой. С уважением относясь к общему предку всех народов воды Элафу Косноязычному, в саргосских землях, а также на Яноле наибольшее распространение получил другой культ. Согласно древним саргосским верованиям Великая мать — олениха, являвшаяся единственным живым существом среди мрака и хаоса, обнаружила человеческого младенца, погибающего от холода. Пожалев его и вскормив своим молоком, олениха обернула малыша телом, спася младенца от неминуемой гибели. Ее тело обернулось в земную твердь, став Мильгардским континентом, слезы, капающие из глаз, превратились в моря и реки, омывающие теперь Мильгард, а дыхание, которым она согревала младенца в воздух. Погибнув сама, Великая мать — олениха подарила жизнь роду человеческому, даровав ему: землю, чтобы растить урожай, воду, чтобы не испытывать жажды и воздух, чтобы дышать. У саргоссцев культ Великой матери был, особо почитаем, а олень являлся священным животным."

"Впрочем, не все народы веровали во всесильных богов. Сугубо прагматичных и рациональных миоланцев можно было с уверенностью назвать единственным народом, скептически относящимся к вере о божественном зарождении жизни. Миоланцы были безразличны к любым конфессиям, в тайне посмеиваясь над другими народами, слепо верующим во всесильных богов что, впрочем, никак не мешало устанавливать им прочные торговые связи по всему свету (если уж в кого и веровали жители республики, так это в золотого тельца). С установлением акерумского протектората ритм жизни города практически не изменился. Акерумские верования в Миолане не прижились, да империя не особенно и стремилась навязать миоланцам свои религиозные культы, куда более важным являлся политический контроль над городом.

Священной фигурой для миоланцев являлся основатель города и идейный вдохновитель создания гильдий, принесших немеркнущую славу городу.