Хрустальное королевство леди-попаданки

Но внутри клокотало. Гнев, обида, и... проклятая надежда. Черт! Я же не могу его все еще любить? После всего.

- Я не знаю откуда взять этот шанс, Алвар. Поэтому уходи, пожалуйста. Хотя, знаешь, лучше я сама уйду. Этот вечер и без того перестал быть томным…

Но уже выйдя на парковую дорожку, я остановилась.

- А знаешь, что было больнее всего? Не твое предательство и совсем не это, - я подняла руки, демонстрируя шрамы на запястьях, - а то, что ты позволил дознавателям разгромить мою мастерскую. Они вломились туда, как в старый сарай. Перевернули все вверх дном. Сломали инструменты и заготовки. Испортили материалы. Порвали все мои записи и рецепты. Это было мое место! Мое убежище! Моя душа!

Я уже не говорила, а орала. Наступала на него размахивая руками. Пока вдруг не замерла, словно уперлась в стеклянную стену.

- А впрочем, кому и что я говорю… Ты же наследный принц, разве ты сможешь понять обычного стеклодува. Не того полета птица.

Голос дрогнул. Я развернулась и просто сбежала. Прочь.

Не хочу его видеть. И слышать тоже.

Мне нужна тишина…

- Олли! Олли! - орал мне на ухо Жаро, топоча возле кровати своими железными доспехами. - Да вставай же ты, сонная тетеря! Ты не представляешь, что твориться в мастерской!

Меня почти смело с кровати. В мастерскую я бежала едва одевшись, потому что Жаро напрочь отказался мне говорить, что там происходит. Рухнула? Горит? Взорвалась?

Но с виду все было в порядке. И старый и новый корпус выглядели так, как и до этого.

Я толкнула дверь.

Воздух ударил в лицо - знакомый, родной запах раскаленного стекла, древесного угля и... чего-то нового. Чистоты? Свежести?"

"Мастерская сияла. Буквально. Каждый инструмент сверкал на своем месте. Полки, выстроенные по линеечке, ломились от аккуратно рассортированных материалов. Разбитое стекло исчезло. На большом рабочем столе, обычно заваленном эскизами, лежали только несколько листков, аккуратно разглаженных и сложенных стопкой. Рядом - новая чернильница и перо. В углу, где раньше валялись обломки, теперь стоял крепкий верстак. Печи были вычищены до блеска.

И посреди всего этого порядка, с тряпкой в руке и сажей на щеке, стоял Алвар. Его дорогая шелковая рубашка была запачкана сажей, волосы всклокочены. Он вытирал последний уголок полки. Рядом с ним, сверкая и переливаясь, резвилась Игнир.

- Гля че делается, да? - снова зашептал Жорик. - Представляешь, он тут с вечера топчется. Всю ночь!

- Да-а-а! - счастливо выдохнула Игнир. - Сам все мыл, чистил, складывал! Даже нам новые угольки для гнезда нашел, блестящие!

Алвар обернулся. Он выглядел уставшим, но в его глазах горел огонь - не королевский и не драконий, а человеческий, тревожный.

- Прости. Я точно не знал куда что класть, - он как-то криво и смущенно улыбнулся, опуская тряпку. - Кое-что Риз подсказала. Остальное наугад.