Хвостатым здесь не место!

Почему не попробовать снова, но в уже больших объемах?

Так же меня беспокоило, что я до сих пор так и не оформила пенсию по утрате кормильца. Каждый раз, когда собиралась заняться этим, приходилось откладывать, и вот сейчас — снова.

Впрочем, деньги еще были, тратить в четырех стенах мне их некуда. Хотя и тут я нашла выход — постучалась к соседке и, сославшись на то, что у Алечки небольшая температура и мне никуда не отлучиться, дала ей денег и попросила купить для меня кое-что, когда они пойдут в магазин. Прежде всего — пару пачек сахара для Моли и кое-что из молочных продуктов для меня. Все-таки хорошо, что мир не без добрых людей. Уже вечером тетя Люда передавала мне покупки:

— Кстати, там тебя спрашивали, — кивнула она в сторону подъездной двери.

— Кто? — в животе моментально скрутился тугой узел.

— Какая-то женщина лет пятидесяти. Не слишком приятная. Спросила, не проживает ли здесь в подъезде Балашова Кристина с маленькой дочкой. Я твою фамилию не знаю, но других Кристин с детьми в подъезде нет… Никита, ты чего куртку на пол кинул, а ну повесь!

— Ох, и что вы ей сказали?

Я мысленно перебирала варианты, кто бы это мог быть. Свекровь, скорее всего. А что если нет? Вдруг это какие-то агенты Мозголома?

— Сказала, что я двадцать лет живу здесь и никаких Балашовых не знаю, — подмигнула тетя Люда и тут же заглянула в свою квартиру. — Игорь, ты руки помыл, когда с улицы пришел? А ну не хватать из пакетов!

— Спасибо большое, — с облегчением выдохнула я. — Скорее всего, это мать моего мужа. Он погиб недавно, а с ней у нас очень напряжённые отношения.

Может быть, и не стоило рассказывать обо всем этом, но если я буду жить здесь, рано или поздно все равно все узнается, так не лучше ли самой поведать свою историю, чем множить досужие сплетни?

— Ого, — глаза соседки блеснули интересом. — Сочувствую по поводу мужа. Надо будет как-нибудь, когда твоя дочка поправится, напроситься к тебе на чай, и ты мне все расскажешь.

Она некрепко сжала мою ладонь в знак поддержки, а затем, что-то заметив у себя дома, вновь заругалась на детей и, торопливо попрощавшись, скрылась за дверью квартиры.

Я же поспешно бросилась к окну, пытаясь разглядеть скамейку у подъезда. На ней действительно сидела моя свекровь. В цветастом платье, с отрешенным видом и скрестив руки на груди, будто обиженная на весь свет. Даже стало немного жаль ее. Может быть, нужно выйти и поговорить с ней? Интересно, она тут только сегодня или уже не первый день караулит?

Внутри слабо копошилось что-то похожее на совесть. Раз уж человек так ищет встречи, может быть, стоит пойти ему навстречу? Но здравый смысл и самолюбие победили. Нет уж, с этой сумасшедшей разговаривать — себе дороже. Если ей так хочется, пусть сидит где вздумается.