Хвост для счастья не помеха

Не совсем секретарская работа, но и такую проходили.

И вот на это уже и ушло три с лишним часа. Хорошо хоть Ранкера догадалась к Марине направить и приказать глаз с неё не спускать до моего появления, пока она ещё чего не натворила.

После некрасивого поступка родного человека к выбору пришлось подойти основательно. Лисы же! Хитрые, изворотливые, продуманные. Я перебрала всех служителей от молодых до старых и ни одному не смогла доверить это дело. Наконец не выдержала, нависла над каким-то дядечкой и заявила:

— Будешь ты. А если обманешь… — договорить не успела. Одна из моих «метелок» ожила и как треснула несчастного по голове. — Э-э-э, — протянула, не зная, как реагировать на появившуюся лисицу на лбу несчастного. Метка подмигнула и исчезла.

— Пощадите, эса Иссиль, — взмолился оборотень. — Всё сделаю в лучшем виде. И бедным помогу и город отстрою. Уж за тридцать лет накопилось немало.

— Идите, — махнула я. — Работайте.

Ай-яй, даже имя не запомнила, так все смешалось в моей голове.

Посмотрела на демона, который лениво подпирал стенку все это время и даже не присел ни разу, и совсем загрустила. Нам нужно поговорить. Только сил не осталось. Да и разговор с Мариной не терпит отсрочки.

— Поехали домой, Келеавин, — миролюбиво позвала я. — И… Спасибо за то, что рассказал о храме.

Демон кивнул, немного посомневался, но все же протянул мне руку, предлагая опереться. Эх, если бы по каменному выражению лица можно было понять, что он думает!

А в доме эсы Иссил меня ждало новое потрясение. Ранкер на коленях и с засосами на шее и отсутствие Маринки.

Глава пятая, в которой Алиса снова видит лису.

Я сидела во дворе дома на ажурной лавочке и молча любовалась звёздами. Нить с одним из шэсов натянулась, предупреждая о приближении. Через пару минут высокий светловолосый красавчик накинул мне плед на плечи и присел рядом. Я покосилась на внешне безмятежного шэса и не стала прогонять. Рейн очнулся три дня назад, ещё сутки у него ушло на то, чтобы встать с постели и двое, чтобы о произошедшем не осталось и следа.

Сразу после пробуждения брата, Мариярх притих, перестал показываться на глаза и, кажется, стал меня бояться. Трое мужчин, с которыми нужно было разобраться, жили со мной в одном доме, а я не могла заставить себя с ними поговорить.

Я вообще не хотела ни с кем разговаривать.

Почти неделя прошла с исчезновения Маринки, а я до сих пор не смирилась. Факты вещь упрямая, а глупому сердцу все равно. Я не верила, что подруга, с которой мы пережили все её разводы, моё вечное одиночество, смерть моих родителей и отъезд в другую страну ее, могла так сильно измениться. Да, в этом мире людей не жалуют. Оборотни вообще никого не любят, кроме себя. Пусть мне досталась вторая молодость и долгая жизнь, но ведь и Маринка не постарела.