Киллхантер 6: По дорогам тьмы
Время, отпущенное людям на стремительное развитие, заканчивается. Натиск пришельцев на анклавы усиливается. И противопоставить что-то существенное на данном уровне инопланетянам невозможно. Глухая оборона в будущем может привести к сокрушительному…
Да она же близка к истерике.
Вот ведь мадам… По Барону Гарту так не горевала, как по своей мордахе. Сильные чувства, что ни говори. И, вообще, она не испытывала никакого желания наказывать тех, кто реально виновен в смерти парня и других соклановцев, которые относились к ней очень хорошо. Зато я виноват во всем.
— Умение откатится — сделаю.
Сам вновь прочитал описание навыка, который активировал сразу после согласия Манилова на сделку. Хоть и не хотел, так как теперь оставалась только одна свободная ячейка под них. А вариантов множество. И ситуаций тоже.
«Улыбка Локи» — активируемый навык (UP+; может включаться и отключаться по желанию владельца). Свойства: позволяет 1 раз в трое суток менять обязательно отображаемую в Системе информацию о личности и внешность (собственную или любого другого разумного). Однако при наличии у противной стороны навыков, характеристик, приборов и др., направленных на установление истины, вы можете быть изобличены. Уровень может быть повышен только в процессе активного использования».
— И где я тебя искать буду? Думаешь, как собачка за тобой бегать? Как твоя… — на полуслове оборвала фразу та, явно сдержала из последних сил ругательство.
— Захочешь — найдешь, — оборвал ее стенания, — Тут не детский садик. И… Советую сейчас немного подождать прежде, чем уходить в Закат. Специально тебя никто никуда обратно не повезет. Не обессудь, дел по горло. А ты, посмотри своими глазками, что бывает с теми, кто решил моих людей уничтожить, причинить им зло, нанести ущерб клану «Молот», как и попробует навредить любой другой структуре, какую буду возглавлять я. Или в жизни которой буду участвовать и буду заинтересован.
Развернулся к пленникам под яростное сопение мадам, показывая, что разговор с ней закончен. Рядом с лежащими на животе тремя телами, возвышался Любимов. Он широко расставил ноги, скрестил на груди руки. Лицо сделал непроницаемое. Я присел на корточки рядом с главарем. Решил послушать, что тот скажет."
"— Ну-ну, давай, давай, начинай, — сразу бесстрашно начал вещать тот, едва кляп покинул пасть.









