Кисса (СИ)
Наемник со странным прозвищем Кисса оказывается втянутым в жуткую череду убийств. И именно в это время ему в руки попадает девушка, о которой он не знает ничего, но она знакома с ним. Куда приведет Киссу его расследование и что откроет ему таинственная незнакомка?Внимание! В книге присутствуют сцены насилия и жестокости. Лицам до 21 года и особо чувствительным НЕ ЧИТАТЬ!
-Волк, волк, ну давай же… Дуки, давай… Ну же… Давай под луну… - Вампиры молча наблюдали за обезумевшим от горя оборотнем, вытаскивающем тело своего друга под лунный свет. Тот, обливаясь потом и кровью, содрав с шеи повязку, кружился вокруг безжизненного вервольфа, раздавая ему пощечины, дергая за руки и что-то бредово шепча в невнимательное ухо.
- Ну же… Вот так! Бейся, черт тебя дери! Давай! Дуки… Волк… - Ника отпустил свою энергию, которая сонцем вспыхнула вокруг него, ослепив вампиром и вызвав судороги во всем теле вервольфа. - Ну давай… Луна, Дуки, луна…
Дуки дернулся раз, другой и вот все его тело скрутило в агонии превращения.
Темно-серый волк захрипел и, пошатываясь, поднялся на все четыре лапы под изумленными взглядами пятерки вампиров.
- Иди, Кисса. Мы сохраним девушку. - Словно этого и дожидаясь, оба оборотня кинулись в лес, растворившись в ночной тишине.
Рисса очнулась от холода. Все ее тело буквально застыло в морозной ночи, лишеное тепла и крова, лежащее на промерзшей земле, продуваемой ледяным ветром.
После того как она очнулась в темной и вонючей лачуге рядом с цепным и безумным вампиром, девушка уже и не надеялась на то, что будет жить. Ее стон привлек внимание группы мужчин, и темноволосый человек, чьи длинные волосы переливались в свете полыхавшего пожара взял ее на руки и привлек к своей груди. Кто-то снял с себя пальто и ее укутали.
21 глава 3 часть
Наконец согревшись и очнувшись от дремоты, в которую ее погрузил холод и потеря крови, Рисса открыла глаза. Она лежала на руках у черноволосого мужчины, которого мельком увидела при прошлом пробуждении и еще ранее в клубе, при попытке обмена ее на машину. Оранжевые всполохи больше не играли в длинных прядях, которые теперь серебрил лунный свет. Мужчина переговаривался с другими людьми, голоса которых с трудом пробивались через плотное сукно пальто.

















