Кисса (СИ)

Его оранжевые глаза горели в темноте, по-кошачьи отражая малейший свет. Изорванная рубашка лопнула на широких плечах. Звук расходящейся ткани и изменившийся запах леопарда заставили Дуки низко зарычать. Он дрожал в желании удержать себя от превращения в волка. Луна была почти полной, а испытания последних дней явно плохо сказывались на самообладании.

Ника ощутил аромат волка, лесной и пряный. Дуки не удержал себя. Запах африканской саванны и северной тундры смешались, их скорость увеличилась. Раны начали активно заживать, а общий рык усилился. Они оба ощутили, как забеспокоилась Рисса. Она чувствовала перемены, но совсем не знала что происходит. Будучи обычным человеком, пусть и весьма чувствительным, она не могла понять их состояние, и ее сердце взволновано билось о тонкие ребра. Этот звук, перемешанный с тяжелым дыханием и едва слышным скрипом веток и листьев под ногами, возбуждал совсем темные и звериные инстинкты. Мужчины, сжав челюсти, молча продирались через заросли кустарника, обламывали нависшие ветки и откидывая камни ногами. Копы были совсем близко, и никто не удивился, когда послышались крики и выстрелы. Полиция палила наугад. В кромешной тьме ничего не было видно, и они совсем не видели свои мишени. Но желание остановить погоню было столь велико, что послушные пистолеты, не беспокоясь ни о чем, выпустили свои пули.

Щепки летели вокруг, грохот выстрелов и вспышки огня наполнили черноту зимнего леса. Скинув с плеча Риссу, Дуки пригнулся и толкнул ее за дерево. Ника развернулся к преследователям и зарычал. Ему совсем не нравилось, что в него слепо стреляют, и еще больше ему не нравилось что из-за густого кустарника, его ран и слабой девушки они не могут оторваться от погони. Им приходилось пробивать себе путь, копы же шли по проторенной дорожке, что сильно облегчало их продвижение. Измученные, усталые, покрытые кровью, оборотни находились в наполненном запахами лесу, залитом лунным светом. Звериные инстинкты рвались наружу. Они требовали разделаться с досадной помехой и не бежать позорно от слабых людей. Но инстинкты совсем не понимали что у «слабых людей» есть заряженное оружие, которое может поразить даже самого сильного зверя. Кровь крысы на их телах была тому доказательством."

"Пуля попала в плечо. Ника дернулся и чуть не упал. Горячая, обжигающая кровь потекла по руке. Он затрясся, его сила вырвалась наружу, кожа покрылась мехом. Густой, черный и блестящий, он мягко блестел на упругих мускулах. Руки с хрустом превратились в лапы, ноги, выворачиваясь в суставах, подкосились и Ника рухнул на землю. Уткнувшись мордой в заиндевевшие, пряные и душные листья, он мелко дрожал пока его тело превращалось в зверя.