Китайская головоломка

– Когда ты с нами расстался, ты ведь работал и на других, так?

– Да, время от времени.

– Против революции?

– Разумеется.

– Как ты мог?

– Мария, я сражался на стороне антифашистов по той же причине, по которой многие сражались на стороне фашистов – просто в то время это была единственная война.

– Но ты ведь верил в наши идеалы, Я знаю, что ты верил.

– Да, дорогая, я верил, потому что был молод. А потом я повзрослел.

– Тогда я надеюсь, что никогда не стану взрослой.

– Ты стала старой, а взрослой так и не была.

– Это жестоко с твоей стороны. Впрочем, я должна была ожидать чего-то подобного от человека, который закопал свою жизнь в склон холма, вместо того, чтобы посвятить ее человечеству.

Гернер откинул назад свою львиную гриву и расхохотался:

– Надо же! Ну, это уж слишком. Ты просишь меня, чтобы я убил человека за семьдесят тысяч долларов, и называешь это служением человечеству.

– Так оно и есть. Это контрреволюционная сила, и нам до сих пор не удается с ней справиться.

– А тебе не показалось странным, что твои друзья подослали тебя именно ко мне?

– У тебя есть репутация. Во всяком случае, была.

– Но почему сейчас?

Старая женщина взяла бокал своими шершавыми красными руками, согревая вино ладонями, как делала в те времена, когда она сама была юной, нежной и прекрасной, а вино – гораздо хуже.

– Ладно, Рикардито. Мы обязательно примем во внимание твои соображения, поскольку ты единственный человек, способный соображать. И никто другой, а уж комитет в особенности, не сравнится с тобой в мудрости.

– В вашей организации много людей, которые имеют богатый опыт в устранении других людей. Так?

– Так."

"– Тогда почему сейчас, спустя более чем двадцать лет, вы прибегаете к услугам наемного убийцы? Твои шефы рассчитывают, что я не буду болтать, если меня схватят? Абсурд. Или они планируют убрать меня после исполнения задания? Зачем такие хлопоты? Они могут нанять кого-то другого за гораздо меньшую сумму. Кого-нибудь политически более благонадежного, кого не столь необходимо будет потом убивать. Так?

– Так, – согласилась Мария, хлебнув еще вина и чувствуя, как тепло разливается по телу.

– Понятно. Раз они выбрали меня, значит, у них нет никакой уверенности в том, что они обойдутся собственными силами. А откуда они могут это знать? Значит, они уже пытались это сделать, и у них ничего не вышло. Так?

– Так.

– Сколько раз они пытались?

– Один.

– И что из этого вышло?

– Мы потеряли восемь человек.

– Похоже, вы забыли, что я специалист по уничтожению одного человека за один раз. Максимум – двоих.

– Никто ничего не забыл.

– Тогда почему они хотят, чтобы я выступил против целой группы?

– Вовсе нет. Это один человек. Его зовут, насколько мы знаем, Римо.

– И он убил восьмерых?

– Да.