Китайская головоломка

Рядом стоял заглохший «Шевроле» 57-го года выпуска – обшарпанные, побитые, покореженные останки автомобиля, явно испустившего дух. Но Джексон решил, что сумеет привести его в движение.

Он подъехал к этой семье, бесшумно притормозив и мягко прошелестев шинами, и остановился на маленьком островке травы, росшей у забора, отделявшего проспект майора Дигана от Бронкса – Бронкса негров и пуэрториканцев, где в умирающих домах жизнь била ключом.

Он открыл дверцу и вышел. Затхлые запахи волной нахлынули на него. Он разглядел эту негритянскую семью. Четверо мальчишек гоняли консервную банку. Все они были одеты в такую рвань, какую не найдешь даже и у Армии Спасения. Сам Нежный Шив Джексон лет пятнадцать назад вполне мог бы оказаться одним из этих мальчишек. Они прервали игру и уставились на него.

Отец семейства сидел на земле у левого переднего крыла автомобиля, спиной к спустившей, совершенно лысой шине. На лице его застыло выражение безропотной покорности судьбе. Женщина, старая, как род человеческий, и усталая, как мельничный жернов, храпела на переднем сиденье.

– Как дела, брат?

– Прекрасно, – ответил отец семейства. – У тебя найдется запасное колесо? Может подойдет?

– У меня есть целая машина, и она подойдет."

"– Кого я должен убить?

– Никого.

– Звучит прекрасно, но…

– Что «но»?

– Мне до твоих колес не добраться. Ты не один.

Нежный Шив, оставаясь по-прежнему спокойным, медленно развернулся и посмотрел на свой «флитвуд». Рядом с ним стояла ничем не примечательная черная машина. Из нее на Джексона глядело черное лицо – все тот же красавчик, человек на пароме, человек, который называл числа, обучал приемам игры, отдавал приказания.

У Джексона похолодело в желудке. Руки опустились, словно парализованные электрическим током.

Красавчик посмотрел ему прямо в глаза и покачал головой. Джексону ничего не оставалось, кроме как кивнуть в ответ.

– В душу мать, – прохрипел он, и человек в машине улыбнулся.

Джексон снова обернулся к отцу семейства, по-прежнему садящему на траве, сунул руку в карман и протянул тому все деньги, какие у него только были, оставив себе лишь двадцать долларов.

Тот посмотрел на него с подозрением.

– Возьми, – сказал Джексон.

Человек не пошевелился.

– Ты умнее меня, брат. Возьми. Мне это не надо. Я мертвец.

Никакой реакции.

И тогда Нежный Шив Джексон бросил деньги на переднее сиденье останков «Шевроле» 57-го года выпуска и вернулся к своему «Флитвуду», за который оставалось уплатить последний взнос – жизнь Берноя (Нежного Шива) Джексона.

Глава двадцатая

Римо Уильямс первым заметил человека с «Магнумом» 357-го калибра. Затем человек в двубортном пиджаке, у которого подмышкой что-то оттопыривалось, заметил Римо. Потом он вымученно улыбнулся.

Римо улыбнулся в ответ.