Клад последних Романовых

— О каких отношениях? Я даже не знаю, кто это, — пожала плечиком Елизавета, глядя куда-то в окно.

— Разве? А по свидетельству сотрудников офиса, — секретаршу Панова майор решил не выдавать, — вы неоднократно бывали в его офисе, а некоторые считают, что у вас с покойным был непродолжительный роман.

— Интересно, кто это считает? — тут же встрепенулась Елизавета. — Это, наверное, Дашка так считает, секретарша его? Самой не удалось Панова в койку затащить, теперь на других клевещет?

— Вот видите, оказывается, вы хорошо знакомы с секретаршей Панова, — поймал ее на слове Станислав Дмитриевич. — Так что же у вас было с Пановым и почему вы так скоропалительно расстались?

— Надоело, вот и расстались, — ничуть не смутившись собственным недавним враньем, небрежно бросила Елизавета.

— Да? — с сомнением проговорил Станислав Дмитриевич. — А по моим сведениям, Панов разорвал ваши отношения потому, что ваш брат Павел Барышников стал очень уж развязным, беспардонным, начал наседать на своего шефа, даже требовать, чтобы он развелся с женой и женился на вас, пытался его шантажировать.

— Бред какой-то, — дернула плечом Елизавета и взглянула на своего могучего кавалера, но тот ее не поддержал, потому что очень сосредоточенно разглядывал пульт от телевизора. Значит, он тоже в этом замешан, без сомнений заключил майор.

— Если хотите знать, мне ваш Панов вообще не нравился, он сам ко мне лез со своими букетами, ресторанами и прочей чепухой, — нервно подергиваясь, принялась жаловаться Елизавета. — Я только из-за Пашки с ним и встречалась, не хотела, чтобы у того неприятности были.

— А неприятности все же случились. А кстати, сегодня вроде бы понедельник, середина дня, а вы дома, — неожиданно поменял тему разговора майор, — вы разве не работаете?

— Нет. Я в университете учусь, — гордо вскинув головку, заявила барышня.

— А в каком, позвольте полюбопытствовать?

— В Гуманитарном."

"О таком университете Станислав Дмитриевич никогда не слышал, но это ничего не значило, вузов после девяностых годов в стране открылось великое множество, вероятно, и такой имеется.

— Скажите, Елизавета, а где вы были в ночь с шестого на седьмое июня?

— Дома, разумеется. И кстати, не одна. У меня подружка в гостях была, — самодовольно сообщила девица, а майор едва не рассмеялся от радости.

— Будьте любезны сообщить имя и фамилию подруги, а также ее номер телефона, — строго велел он ей, ничем не выдав своих чувств.

— Пожалуйста. Алиса Крошкина. — И Елизавета продиктовала ему номер телефона подруги.

— Ну, а вы, молодой человек, что делали в ночь с шестого на седьмое?

— Что? — Толстяк тревожно вздрогнул и вытаращился на майора.