Кладбище домашних животных

Это – месть Зельды."

"Речел никому не говорила об этом – ни матери, ни отцу, ни доктору Мюрею, который, когда Речел на следующий день начала жаловаться на боли в спине, поставил ей диагноз: растяжение продольных мышц спины, а потом попросил Речел («достаточно жестко так поступать», – для себя решил Луис) не притворяться. Она должна помнить, что недавно умерла ее сестра – так сказал ей доктор Мюрей. Родители Речел оказались унижены в своем горе, и для Речел было самое неподходящее время привлекать к себе их внимание. Только когда боли в спине ослабли, Речел поняла, что никогда тепсрь Зельде не добраться до нас; что никто не накажет ее. Еще много месяцев (так Речел сказала Луису) она все еще просыпалась от кошмаров, в которых ее сестра умирала снова и снова. Лежа в своей кровати в темноте, Речел часто заворачивала руки за спину и, касаясь своего позвоночника, пыталась уверить себя, что все в порядке. Ужасные последствия этих снов: она часто думала, что дверь туалета может с грохотом открыться, и Зельда, посиневшая и скрученная, шатаясь, выйдет оттуда. В такие минуты глаза Речел округлялись, блестя белками. А у Зельды посиневший язык вываливался наружу, проползая меж губ, руки превращались в клешни для убийства. Старшая сестра бросалась на Речел, стараясь добраться до ее позвоночника…

Речел не пошла на похороны Зельды, и с тех пор не ходила ни на какие похороны.

– Если бы ты рассказала мне об этом раньше, черт возьми, много стало бы понятно.

– Луис, я не могла, – просто ответила Речел. Ее голос прозвучал совсем сонно. – С тех пор я была.., у меня была небольшая фобия в этом вопросе.

«Только маленькая фобия, – подумал Луис. – Конечно, правильно!»

– Я не могу.., себя пересилить. Мысленно я знаю, ты – прав. Смерть совершенно естественна.., хорошо. Но это знает мой разум.., где-то там внутри…

– Конечно, – согласился он.

– В тот день я налетела на тебя, – продолжала Речел. – Я знаю, Элли плакала от одной мысли.., о том, что может случиться.., и тут я ничем не могла ей помочь. Извини, Луис.

– Да, можешь не извиняться, – сказал он, погладив волосы жены. – Ну и черт с ним, раз после этого ты стала чувствовать себя лучше.

Речел улыбнулась.

– Теперь ты знаешь. Да, теперь я чувствую себя лучше. Я чувствую себя так, словно меня вытошнило чем-то, что годами отравляло мою жизнь.

– Может, и так.

Глаза Речел сузились, превратившись в щелки, и снова широко открылись…медленно открылись.

– И не обвиняй во всем моего отца, Луис. Пожалуйста. Для моих родителей это было ужасное время. Счета.., счета за лекарства для Зельды.., невообразимые счета. Мой отец отчаялся добиться чего-то в пригороде Чикаго… К тому же во время этой истории с Зельдой моя мать чуть не сошла с ума… Ладно, все прошлое.