Клан бешеных

Я последовала за ним, подошла к нему совсем близко и, оглядевшись по сторонам и убедившись, что никто не обращает на нас внимания, бросила в его корзину бумажный конвертик с диском прямо на пакет молока. Затем я отошла от Портянкина и принялась старательно рассматривать витринку с шоколадками, выбрала плитку черного горького и только тогда снова пошла к кассе. За Портянкиным за это время успели занять очередь двое – сухонькая подвижная бабулька в кроссовках и молодой парень. Я осторожно выглядывала из-за их спин и видела, как Харитон Харитонович подошел к кассе и девушка-кассир стала перекладывать продукты из его корзины в пустую, пробивая товар. Тут Портянкин заметил диск, взял его в руки и принялся рассматривать.

– Это ваше? – спросила девушка.

– Судя по надписи, да.

Господин следователь был прав, на конверте красовалась запись: «Портянкину Х. Х. Чистосердечное признание гр. Кинделия В. И.». Следователь обернулся и удивленно посмотрел на стоящую за ним старушку. Бабушке было лет под восемьдесят, но бойкости было не занимать. Она в ответ тоже с вызовом уставилась на странного гражданина, поправила на голове бейсболку и ворчливо сказала:

– Ты давай, милок, продвигайся, не задёрживай очередь! А то я в шахматную секцию опоздаю!

Харитон Харитонович еще раз окинул удивленным взглядом соседку по очереди, положил диск в портфель и, расплатившись, задумчиво направился с корзиной к выходу…

Глава 12

Я села в машину и вздохнула облегченно. Все! Диск у следователя, сегодня он наверняка посмотрит его – не сможет не посмотреть, надпись-то на конверте интригующая! – и… А что «и»? Вот интересно, что последует за этим? Я сильно сомневаюсь в том, что полиция тотчас кинется арестовывать Виссариона Кинделию, но какие-то действия они должны предпринять! Например, раз и навсегда отстать от Грини Буйковского. Да и потом, почему бы им все-таки не заняться настоящим преступником? Ну и что, что папа – гибэдэдэшный начальник, а если факт убийства налицо? Неужели сделают вид, что ничего не случилось?

Впрочем, от нашей доблестной полиции можно ожидать всего. Когда погибли мои мама и папа, я, помнится, дала свидетельские показания. Я честно, хотя и несколько сбивчиво, рассказала следователю, что на них наехала большая черная машина, но мои показания в дело даже не вошли. Мало того, нам с дедом стали угрожать, и с тех пор я совсем не удивляюсь, если сталкиваюсь с такой ситуацией, когда какой-то начальник либо, вот как сейчас, его родственник избегают ответственности за свои грязные делишки.

Я ехала и размышляла про себя таким образом, когда вдруг заметила, что проезжаю мимо здания администрации города.