Клан Волка. Том 1. Империя

– Волк, шевели конечностями! Не задерживай!

Им тоже на днях исполнилось шестнадцать, и они записались в очередь на первое посещение Тафалара больше полугода назад, как и я, чтобы не терять времени.

Туда торопились все маги, кто хотел заработать самую главную награду – маго-таны. Серые монеты из прессованной маны, которая здесь использовалась как лекарство, дающее временную магическую энергию, а значит, продлевала жизнь истощённых после каждого приступа.

Этим и спасались погибающие маги.

У каждого из отъезжающих имелась своя веская причина зарабатывать маго-таны в чужом мире. Кто-то лечил больного родственника, кто-то делал бизнес, потому что стоимость маго-танов постоянно росла.

Понятно, почему все торопились.

Один привратник не торопился. Его глаза внимательно меня оглядели, потом снова уставились в мой пропуск, а там чётко и ясно было написано:

Истощение Манных Сил Организма (имсо): не обнаружено

Настоящее имя: Кирилл Миронович Волков

Заявленное имя в Тафаларе: Иномирец Киджо

Возраст: 16 лет

Выполненных Заказов: 0

Заработано маго-танов: 0

Проездное место: 79, эконом

Проезд в Тафалар: РАЗРЕШЕНО

Но привратник будто засомневался.

– Ты точно читал Инструкцию? Есть риск, что не выдержишь перехода. Не все выдерживают, даже те, у кого нет истощённости. Ты какой-то слишком худой. Точно не болеешь? Выдержишь?

– Выдержу, – ответил я как можно твёрже. – Дежурный врач сказал, что я здоров.

Вообще-то, врач ничего мне не говорил, потому что я к нему не ходил.

После того, как отец погиб, я больше не посещал врачей – тогда бы они обнаружили, что у меня «имсо», ещё и средней тяжести.

Я скрывал, что болен.

С самого рождения я страдал от имсо, поразившей многих магов планеты, и мне приходилось это скрывать, иначе не приняли бы в кадетский корпус Петра Великого.

Вообще никуда бы не приняли.

Кому нужен «имсонированный» боевой маг, который во время приступа теряет магические силы почти до нуля, а если потеряет их полностью, то сдохнет?

Отец тайно колол мне жидкую ману, как и многим другим пациентам, чтобы мы не истощились полностью.

И с таким диагнозом, как у меня, даже до станции бы не допустили – слишком высокий риск умереть прямо в портале. Хотя эту ответственность возлагали на пассажира, а не на перевозчика, о чём всегда напоминали при входе на станцию.

Если по-простому: не рассчитал сил и сдох в портале – сам виноват.

Но я всё рассчитал, и мне должно было хватить энергии на переход, потому что даже с таким диагнозом сдаваться я не собирался. Как говорил мне отец: «Когда тяжело, всегда напоминай себе: если сдаться – лучше не станет. Трус умирает тысячу раз; храбрец – лишь однажды».

Я уверенно посмотрел привратнику в глаза и спросил:

– Могу я идти?

Тот вдруг нахмурился.

– Погоди-ка.