Клеймо сводного брата (СИ)

Хорошо, что сегодня воскресенье и мне не надо на учебу. А то я бы и не знала, что выбрать.

Пока еду в больницу по нужному адресу, в голову непрошенная мысль закрадывается. А ведь теперь он не сможет ко мне приставать, а я смогу о нем заботься. И он будет настолько благодарен мне, что и не подумает забрать свое обещание об оплате учебы назад.

Неправильно, конечно, так размышлять, но улыбка против воли касается губ. И не отпускает меня до самой больницы.

— Твой любимый при смерти, а ты лыбишься? – черт! Как я могла так нарваться. Мать Антона даже покраснела от гнева. — Давай быстрее, он тебя ждет.

Спешу за ней. Оправдываться сейчас глупо, главное с Антоном повести себя правильно.

Ну… В общем я ожидала увидеть его с разбитым лицом, всего перевязанного и в трубках. А он ничего. Лежит в платной палате и телевизор смотрит. Разве что на груди у него действительно повязка, затрагивающая руку.

Он, заметив меня, улыбается, словно вчерашнего инцидента и не было.

— Мышка, я рад, что ты пришла.

— Я рада, что ты живой и… — невредимый сказать язык не поворачивается, да и мама его странно смотрит. – И живой.

Он смеется над моей неловкостью и хлопает по койке рядом с собой, подтягивается и садится.

— Иди сюда, милая.

Хочется сморщиться, потому что каждая его нежность звучит так чопорно, что кажется, он меня не по голове гладит, а линейкой по рукам бьет.

Сажусь рядом с ним, и мы остаемся одни. Поцелуй последовавший за этим приносит радость лишь потому, что учебы я теперь не лишусь.

Но Антон быстро бросает по ветру минутную иллюзию.

— Я временно работать не смогу. Ты же мне поможешь?

— Помогу? Ты хочешь, чтобы я за тобой ухаживала?

— Нет, — качает он головой. — Какая из тебя сиделка? Ты же даже жрать приготовить не сможешь.

Ах да, я не говорила? Он все еще живет с матерью. Ему так удобнее.

— Тогда о какой помощи идет речь?

— Заменишь меня на работе. Будешь контролировать процесс уборки, заселения, выселения. Рекламу.

Что? Я? Он головой сильно ударился? Удивление явно отражается на лице, потому что он снова смеется.

— Мышка, ты думаешь, я тебе не доверяю? Но ведь ты моя невеста.

Или просто больше некому?

— А мама твоя не может?

— Нет, конечно. У нее и прав нет. А у тебя есть. Ты же не потеряла их снова?

— Не потеряла, но и не водила никогда толком, — пытаюсь отнекиваться. Не только эту причину называю. Я рассеяна. Мне нельзя доверять деньги. И кто из нерусских уборщиц меня слушать будет? Это ж мне все за них мыть придется. Да и не только это! А учеба?!

— Как же учеба?

— Мышка. Ну ты же не оставишь меня в беде. Ведь это наше с тобой будущее.

И выражение лица такое сделал, словно замуж меня зовет. И, по идее, по новым документам я могу за него выйти. А с другой стороны, я замужем и в крайней степени фригидна.

Ладно… Это, в принципе, временно же.