Клиника измены. Семейная кухня эпохи кризиса (сборник)

Смешно, разве у унылой тетки средних лет могут ходить в любовниках столь колоритные персонажи?

В палате Валера скинул куртку и остался в черной футболке, пейзаж на которой мог бы дать толчок к галлюцинациям целой армии шизофреников. Против собственной воли Марина смотрела на мощную шею, развитые грудные мышцы, рельефно выступающие под футболкой, и было грустно, что Валера не ее любовник и никогда им не станет.

Она бросила в чашки заварочные пакетики и пошла на пост за кипятком. Молоденькая сестра спешно прихорашивалась, ведь рано или поздно Валера пойдет обратно. Марина улыбнулась:

– Это мой брат. – Она не соврала, просто опустила приставку «мед». – Красивый, правда?

Выражая восторг, сестра закатила глаза.

– А кофе у вас нет? – поинтересовался Валера, когда она вернулась.

– Георгий забыл принести. Но ты ж его не пьешь! – удивилась Марина.

– Я не пью, а вы же любите. Хотел вашу пачку из приемного принести, сунулся в шкаф – а ее нет. Сволочи какие-то сперли, как узнали, что вы болеете. Крысы!

– Да ладно, он все равно отсырел.

– Ничего, посушили бы на батарее.

– О, хорошо сидите! – В палату вошел Георгий.

Ничуть не удивившись гостю, он поздоровался с ним за руку, поцеловал Марину и веско шлепнул пакет на середину стола.

– Опять еда? Сколько можно, Жора?

Они действительно славно посидели, пока сестричка, предварительно доведя свою внешность почти до идеала, не зашла в палату и нежным голосом не попросила мужчин удалиться.

«А ведь такие чаепития с друзьями – важная часть семейной жизни, – подумала Марина. – Почему раньше мы с Жорой никогда не приглашали гостей? Ведь это так приятно…»

Мужчины бодро шагали к метро. Моросил дождь, приглушая яркие огни фонарей и реклам. Перед мостом, как обычно, собралась длинная пробка, машины нетерпеливо гудели, выезжали на тротуар. Длинноногий Георгий еле поспевал за маршевым шагом Валеры и хотел уже просить того идти помедленнее, но возле ближайшего кафе медбрат притормозил сам.

– Зайдем?

Царев решил, что бокал вина нисколько ему не повредит. Напротив, успокоит и вытеснит из головы мысли о Лене."

"Небольшой зальчик был оформлен с претенциозной простотой, урбанистические пейзажи соседствовали с фотографиями котят, в расцветке стен чередовались широкие полосы бордо и песочного цветов, а с потолка свисали многочисленные модули, которые рослый Георгий поминутно задевал головой.

Взяв по сто пятьдесят коньяку и по бутерброду, они заняли столик в самом темном углу. Сделав первый глоток, Валера тут же предположил, что они, наверное, кажутся окружающим гомосексуалистами.

– Тьфу на тебя, – беззлобно отреагировал Георгий. – А вообще да, похоже. Но пусть думают что хотят, я-то знаю, что я нормальный семейный мужик.

Они снова чокнулись и выпили.