Клиника измены. Семейная кухня эпохи кризиса (сборник)

Твердохлебов вдруг рассмеялся, она и не думала, что этот угрюмый человек на такое способен.

– Вам и так его не снимут, – утешил он. – Все равно три года будут наблюдать по месту жительства, потом повторная стационарная экспертиза, и только тогда, может быть… Или надо доказать факт приема галлюциногенов, а как – понятия не имею. Время безнадежно упущено.

Доказать факт? Надо заставить Георгия признаться! Ведь без объяснения все равно не обойтись…

Надо ехать домой!

В квартире царил полный порядок. Наверное, эта женщина вовсю хозяйничала тут, примеряя на себя Маринин дом, как девочки примеряют мамины платья. От следов ее присутствия квартира казалась Марине чужой.

– Мы со Славиком старались поддерживать чистоту, – улыбнулся Георгий, заметив странный взгляд жены.

– Но Славик же у бабушки!

– Нет, он захотел со мной жить. Но сегодня среда, день его визита к твоим родителям, он же всегда у них ночует после тренировки. Заодно ему теща с собой пирожков даст, а то «Доширак» надоел уже.

– Ты травишь ребенка «Дошираком»? Нет, объясни, какого черта он здесь?

Георгий невозмутимо повесил куртку в шкаф.

– Здесь вообще-то его дом, – сказал он мирно. – Не злись, лучше расскажи, что сказал врач.

– Без тебя знаю, что мне делать!

Марина ощущала приступ веселого, азартного бешенства. Сейчас она ему покажет! Выведет на чистую воду! Предстоящий скандал радостно будоражил, она готова была ухватиться за любой предлог.

«Георгий, дай мне предлог, и я разорву тебя в клочья!»"

"– Итак, объясни, почему ты держишь ребенка здесь? Ты сказал, Славик у бабушки, и я не волновалась, зная, что он накормлен и присмотрен. А теперь выясняется, что вы сидите тут вместе!

– Марина, но его семья – это мы, а не бабушка. И он имеет право переживать наши трудности вместе с нами.

– Очень жаль, что твоя забота о семье проявляется только в том, чтобы накормить ребенка ядом! Если ты вдруг решил поиграть в примерного отца семейства, должен был обеспечить сына горячим питанием.

– «Доширак» горячий, – заверил ее Георгий, – и нормальный вполне на вкус. Мы, кстати, еще пельмени ели.

– Ах, пельмени… Бедненькие вы мои! – Таким сладким глумливым голосочком Марина говорила первый раз в жизни, но получалось у нее, кажется, неплохо. – А что же твоя любимая женщина? Она вам не готовила?

Георгий отложил футболку, которую собирался надеть, и покраснел мгновенно и ярко. У Марины отпали последние сомнения. Но, пьяная от адреналина, она не расстроилась, лишь засмеялась, уселась в кресло и закурила, картинно положив ногу на ногу.

– Откуда ты знаешь? – спросил он тихо.

– А это имеет значение?

Георгий сел на диван и опустил лицо в ладони.

– Так что? Готовила или нет?

– Нет. Я никогда бы не пустил чужую женщину на твою кухню.