Клиника измены. Семейная кухня эпохи кризиса (сборник)

Тут в комнате раздался тяжелый удар об стену, звон битого стекла и крик: «Ах ты, сука!»

Предположив, что Георгий упал, Марина побежала оказать ему помощь, но он встретил ее полным сил. Увидев Марину в дверном проеме, он больно дернул ее за руку, так что она пролетела пару метров и упала на диван.

– Сука! – снова заорал он, и Марина наконец догадалась, что это в ее адрес.

– Да ты охренел, что ли? – Она вскочила и накинулась на Георгия, целясь ногтями в лицо.

О, как прекрасно, что он начал драться! Сейчас она отомстит ему за все! За все!

– Успокойся, сука! – Он схватил ее за запястья, ей пришлось действовать ногами.

– Я тебя отучу руки распускать! – вопила она в пылу битвы. – Вот тебе! Подонок!

– Дрянь! Ты решила, что я тебя хочу отравить? Да как ты могла такое подумать, скотина?

Ему приходилось прилагать все силы, чтобы удерживать Маринины руки, ибо ее разъяренная физиономия ясно говорила о намерении вцепиться ему в горло, как только руки освободятся. Да еще нужно было постоянно уворачиваться от ее ног – она брыкалась, как лошадь, удивляясь и радуясь собственной физической силе.

– А я и не думала! Я и о том, что ты бабу себе заведешь, не думала! Но ты же завел!

– Не каждый изменник – убийца!

– А ты меня не хотел убивать! Достаточно до дурдома довести и жить со своей шваброй!

– Швабра – это ты!

– Что?!

Хуже этого оскорбления Георгий придумать не мог! Диким усилием Марина вырвала руку, дотянулась до его головы и неожиданно легко вырвала клок волос.

– Ой, прости…

На секунду ей стало стыдно, что она причинила мужу такую боль, но он, воспользовавшись ее замешательством, повалил Марину на диван, и она тут же обрела силы для новой схватки.

Уголком сознания она понимала, как это глупо и отвратительно – два культурных человека, профессор и врач-хирург высшей категории, дерутся, словно последние алкаши, но ярость пьянила…

Есть упоение в бою!

– Успокойся! – мычал Георгий сквозь стиснутые зубы, всем телом прижимая ее к дивану. – Я сейчас тебя свяжу, сука!

«Сегодня он сказал мне больше бранных слов, чем за всю нашу жизнь, – радостно подумала Марина. – Мы вообще ссоримся первый раз в жизни!»

Изловчившись, она резко подняла голову, превратив в оружие собственный лоб, но Георгий успел отпрянуть.

– Что ж ты, дура, башкой бьешься, она у тебя и так больная! Значит, я убийца, да? Убийца? Сука, я тебя ненавижу!

– А меня от тебя тошнит! – Марина ерзала, пытаясь сбросить с себя Георгия, но он, упершись коленом, занимал очень устойчивую позицию.