Клетка семейного очага

Ты сам, сам нашел Карташова, о котором я знала уже давно. Но перед этим ты получил одно письмо. Помнишь, от поверенного Эрики Билевиц? Я, в отличие от тебя, сразу догадалась, что Эрика Фридриховна – это дочь брата деда твоей бабушки. Фридрих уехал из России в семнадцатом. Я поняла, что в Германии ищут ее русских наследников. Но они проверили лишь тех, известных в нашем городе Курлиных. Поэтому и написали, что Эрика не имеет к ним отношения! А про твою бабушку никто не знает. Ведь настоящая родовая фамилия фон Курлин. Я тогда сказала тебе, что отвечу им сама…

Я не знаю, почему они написали тебе, а не Федору. Это было удачей, потому что на самом деле единственный наследник Эрики Фридриховны Курлиной в России – твой отец. Это ничтожество, у которого по жизни было две страсти – он сам и чертова фотография.

Я убедила себя, что Вера Карловна меня бы поняла. Твой отец не имел права наследовать ничего: ни фамилию, ни деньги. Наследовать должен только ты.

Теперь, когда это недоразумение было устранено (прости, что я так о твоем отце), я написала ответ на запрос поверенного. Думаю, вскоре ты получишь весточку из Германии.

Я не учла одного. Федор – сын Веры Карловны. Я убила ее сына. Да нет, не так. Грех в том, что я убила. Не дав ему жизнь, отняла ее.

А сейчас я потеряла любимого человека. Да, Михаила. Ты взрослый, поймешь меня. Жить без него не имеет смысла.

Прости, прости, прости…»

– Саша, пойдемте. Вам нужно будет поехать с нами, – Беркутов тронул его за плечо.

– Возьмите, – Саша протянул ему листок.

Глава 60

– Слушай, Беркутов! Это, в конце концов, мой сын! Я его хорошо знаю, – Галина, расставляя тарелки, скосила глаза на Беркутова, нервно поглядывающего в окно. Они спонтанно решили встретить Новый год среди сугробов на даче в Лесинках. Для этого целую неделю ездили протапливать дом.

Компания собиралась в основном беркутовская, потому что все Галинины разъехались кто куда. Соколовы, например, в Германию, к Эйтелю[9], а Борины просто побоялись везти маленькую Стаську в деревянную избу. Любителями экзотики оказались только бывшие сослуживцы Беркутова по районной прокуратуре Молчанов с женой и Егоркой-младшим и Палыч. Ну, еще и Маринка с Ником.

Вот о нем-то и беспокоился Беркутов. Тот по телефону (не нашел ничего лучшего!) печальным голосом объявил о сюрпризе. А Беркутов сюрпризов не любил.

Маринка посмеивалась над Беркутовым, она-то все знала, но успокаивать его не торопилась – братец мог и высказать за болтливость.

Когда Беркутов в очередной раз выглянул в окно, двухметровый пасынок, закрыв за собой калитку, шел к дому. Перед ним, то и дело соскальзывая с вытоптанной дорожки в сугробы, семенила девушка. Никита подхватывал ее под мышки, ставил обратно на дорожку и при этом странно блаженно улыбался.