Ключ к счастью попаданки (СИ)

Прибежали оба. Степ и Динка, раскинув руки, помогли мне справиться с куриным бунтом.

— Ничего они у тебя, тяжёлые, — уважительно сказал мужик, зачем-то подхватывая на руки последнюю курицу.

— Кормлю хорошо, — усмехнулась я.

— Необычная какая, — заметила Динка.

Степ ещё немного покачал на руках курицу и с видимым сожалением отпустил на землю.

Ладно уж, я не жадная. Будут у неё яйца — дам соседям полдюжины, пусть и у них куры такие будут.

Несушка в самом деле была красоткой: пышный, не уступающий никакому петух хвост, высокий хохолок и яркие, жёлтые с чёрным, перья. У Фени таких курочек было шесть, теперь, значит, три осталось. Поделилась по-братски. Интересно, где она их взяла?

Вставать пришлось в четыре утра — как только взошли на горизонт оба солнца. Выскочили на небо они, как обычно, на удивление быстро.

Я, кряхтя, как древняя старуха и ругая себя за жадность, поплелась кормить птицу. Зачем, спрашивается, она мне нужна? Заработала бы на сыре и купила, что мне, много мяса надо. Хотя… Покушать я люблю, а на сыре ещё не факт, что заработаю столько, что хватит на всё. Но и на всё мне мало — мне хозяйство приумножить надо.

Курочки-дурочки, стоило открыть загончик, бросились мне в ноги.

— Не клеваться! — возмутилась я и огрела лёгкой берестяной лопаткой несколько особо наглых экземпляров.

Потом догадалась бросить в сторону пару горстей зерна, и только тогда смогла добраться до птичьего корытца — куры и гуси убежали за угощением.

Притащила воды и пошла к свинкам. Те, в отличии от птицы, вели себя вполне прилично и терпеливо ждали завтрака. Вчера затируху мне помогла сделать Феня, сегодня придётся самой. Овощи, зерно, траву, остатки сыворотки — всё запарить и оставить на ночь, для следующего кормления.

Когда, наконец, все были сыты, села позавтракать сама. Как я буду сено грести, я уже устала?

Налила себе взвара, отрезала хлеба, густо намазала мёдом. Одна радость в этой жизни — можно есть всё, что хочется! Сколько угодно мучного, сладкого и жирного — моей новой фигуре недостаёт с десяток килограммов точно. И даже если я переберу в весе, то по местным меркам стану ещё привлекательнее — к худышкам здесь относились с подозрением. Раз худая — то или больная, или вредная и злая, потому что хорошая, здоровая и весёлая девушка тощей не может быть по умолчанию."

"Маслица бы ещё сюда, мммм. Ничего, скоро всё у меня появится на столе. Масло, сливки, сметана, творог, сыр. Да с такими экологическими чистыми деликатесами я к концу испытательного срока в сарафаны свои не влезу! Вот смеху будет. Зато приобрету так необходимую в этом мире красоту и округлости. Только как бы они мне боком не обернулись, и ещё одного жениха не притянули.

Едва я впилась зубами в сладкий кусок, зашла Феня.

— Не собрана ещё! — удивилась она.