Ключ (СИ)

Матвей продолжал размеренно, как преподаватель.

– Если он принял мой облик намеренно, значит, скорее всего, именно он стоит и за пожаром в моем офисе. Значит, он стоял за тем, чтобы к делу привлекли именно меня. Зачем ему это нужно? Я понятия не имею, откуда у меня может быть такой враг. Если он просто на меня так сильно похож… то это тоже не чужой мне человек. He-человек. Кромешник. И я его не знаю.

Матвей скрипнул зубами. Ассо положила руку ему на плечо и посмотрела на него с сочувствием. На этот раз он ее руку не скинул, пристроил сверху собственную ладонь.

– Да, – выплюнул он. – Все очевидно, да? Ты просто хочешь, чтобы я сам сказал это вслух. Человек, который похож на меня, как брат, наверняка мой брат. Он огневой, значит, брат по отцу. И я о нем не знаю. А он обо мне знает. Вечная история… Теперь, пока я перевариваю это известие, возвращаемся каждый к своему экранчику и пялимся туда. Ищем его. Поехали?

– Поехали, – вздохнул Денис."

"Они отвернулись друг от друга и вновь уткнулись каждый в свой ролик.

Минут через пять на паузу нажала Ассо и дернула Матвея за рукав. Рыжеволосый кромешник объявился и у нее. Тут его было видно еще лучше, можно было рассматривать: такие же скулы, как у Матвея, хотя и другой взгляд, иная линия челюсти, посадка головы…

– Элементарно, Ватсон, – печально сказал Матвей, глядя на изображение. – У меня просто нет слов.

Ассо взяла себе новую бутылочку колы, а вторую кинула Денису. Тот поймал.

– А твой папа знает, что у него есть еще сыночек? – спросил он у Матвея с живым интересом.

Матвей хмыкнул, повертелся в кресле.

– Я понятия не имею. Если знал, то он стравил нас намеренно. Знал, что Крысолов – это он, что его интересую я, и подал ему меня на блюдечке с голубой каемочкой.

– В смысле «подал»?

– Забей. Погоди. Я в смятении. Если не знал… – Матвей с силой потер лицо руками. – Да что гадать. Я сейчас позвоню и задам вопрос напрямую.

Денис отхлебнул колы и тоже крутнулся в кресле, будто на карусели.

– Погоди. Подумай. Если он полный кромешник, то он родился от кромешницы…

– И тогда она погибла, потому что кромешник с кромешницей друг друга любить не могут.

Ассо торопливо написала: «Анатолий говорил тогда: „Да что вы знаете о любви?”». Матвей кивнул.

– Предположим. Она родила ребенка и тут же погибла, отец ее оплакал, поэтому так странно выразился, ведь что-то было странное в том, как он это сказал, правда, Ассо? Ну предположим. Была любовь, они не знали, что все закончится трагедией.