Ключи Марии

Он отдышался, стараясь прислушиваться к звукам, которые могли долететь снаружи. Но снаружи – никаких звуков. Зато из темноты подвала долетели невнятные голоса. Не шепот, а именно удаленные мужские голоса, некий «мур-мур», доказывающий, что его источники – как минимум двое – находились тут же, но не совсем рядом, а где-то в глубине, ведь ни одного слова из этого «мур-мура» разобрать он не мог.

Отдышавшись, Олег еще раз осмотрелся. Его глаза медленно привыкали к подвальному мраку. На всякий случай, он посветил себе под ноги мобильником, увидел мелкий мусор, куски арматуры, мокрый песок – обычный «лунно-подвальный» ландшафт.

Осторожно направился в сторону голосов.

В сыром воздухе появился привкус гари. Впереди стало чуть светлее и уже через какое-то мгновение, остановившись, Бисмарк смог рассмотреть двух очевидных бомжей, сидящих у костра, языки пламени которого облизывали то ли казанок, то ли почерневшую кастрюлю. К запаху гари, пропитавшему влажный воздух подвала, добавился аромат куриного бульона.

– … и если импичмент будет успешным, то вместо Трампа выберут президента-демократа, – рассуждал у костра один из бомжей.

 – А это обязательно приведет к смене внешней политики…"

"– Извините! – постарался как можно вежливее произнести Олег.

Но сидевшие у костра вскочили, как ошпаренные. Казалось, они даже отпрыгнули подальше от костра. Но нет. Они просто замерли, обернувшись на чужака, вторгшегося в их личное пространство.

– Я прошу прощения! – повторил он, настаивая интонацией на своем исключительном миролюбии. – Извините, что перебил… Я ищу одного старика…

– Молодой человек, – заговорил сидевший справа, вглядываясь в лицо Бисмарка, освещенное пламенем костра.

 – Наш брат до старческого возраста не доживает.

– Я не о вас, – Олег опустился на корточки рядом, заметив, что испуг уже попустил обитателей подвала. – Он тут рядом живет, в двадцать четвертом номере. Но минут пять назад сюда зашел. Его недавно пытались ограбить, вот я и подумал, а вдруг он тут прячется…

Двое переглянулись.

– Игорь Витальевич что ли? – произнес тот, что сидел слева.

– Да, Клейнод Игорь Витальевич, – Олег кивнул.

– Славный старик, – выдохнул тот, что справа. – И сосед хороший.

Он там, у себя в кладовке.

– У себя? – переспросил Бисмарк удивленно.

– Ну да, у каждой же квартиры есть по кладовке в подвале, некоторые были заброшенными, а он их объединил… Там он и сидит.

Олег понял направление, но не понял расстояния. Ведь отсюда «там» ничего видно не было – одна темнота.

– Фонарик есть? – спросил тот, что слева. – Вон туда посветите.

Бисмарк посветил.

– Видите трубу, идете по ней, переступаете два перекрестка таких же труб, потом направо и увидите слева стенку с дверями.