Ключи Марии

– Не надо, – попросила она сдавленным голосом. – Скоро пройдет! Мне надо выспаться… Это усталость!

Уже через несколько мгновений она действительно провалилась в сон.

Бисмарк наклонился над ее лицом. Ему показалось, что она здорово похудела, что ее щеки впали и подбородочек выглядел непривычно остро.

Придвинул стул, на который обычно вечером бросал свою одежду. Присел. Достал ее безвольную руку из-под одеяла и нащупал пульс. Сердце уже успокоилось и теперь работало вполсилы. Ударов сорок – пятьдесят в минуту.

– Это ненормально, – подумал он, наконец-то увидев мобильник на письменном столе.

Набрал «брата» Колю, не очень-то рассчитывая на то, что тот ответит, и поэтому уже думая, с кем бы еще посоветоваться?

– Да, Олег! Слушаю! – Неожиданно прозвучал из мобильника голос «брата».

– Рине плохо. Она падала в обморок. Я ее уложил. Сейчас спит, но пульс слабый. Собирался вызвать скорую, но она не захотела.

– Она боится врачей, – объяснил «брат» Коля. – У нее нет жара?

Олег опустил ладонь на холодный лоб девушки.

– Скорее наоборот, – сказал он в телефон.

– Тогда накрой ее еще чем-то, только смотри, чтобы она не вспотела! Если что, звони!

– Так я же тебе и позвонил! – С ноткой сердитого ехидства сказал Олег.

 – Больше ты мне ничего не посоветуешь?

– Нет! – ответил обреченно «брат» Коля. – Я – айтишник, а не врач! Если бы знать, что с ней, можно было бы у гугла спросить!

– У гугла спросить и я могу! Только не знаю, что! – буркнул Олег и закончил разговор, не попрощавшись.

Нашел в шкафу плед. Постелил его поверх одеяла. Прислушался к дыханию Рины. Оно казалось ровным, спокойным, но слишком тихим.

Приложил ладонь ко лбу.

Это касание странным образом успокоило его. Показалось, что лоб стал теплее. Отводя руку, Олег погладил ее волосы.

Волнение проходило. Теперь Олегу вспомнился ее рассказ про голодных младенцев и про «дядю Игоря».

– Ненастоящий брат Коля уже есть, – подумал Бисмарк. – Теперь еще ненастоящий дядя Игорь. Хорошая семейка вырисовывается…

И тут опять, уже в который раз, Олег поймал себя на искреннем беспокойстве о судьбе этой странной девушки. Попробовал саркастически скривить губы, чтобы посмеяться над собой хотя бы таким образом.

Не получилось. Губы выровнялись в спокойную улыбку словно помимо его воли.

От этого странного чувства отвлек его только мизинец, который словно пожаловался, что устал от тяжелого золотого перстня.

Олег снял перстень с пальца и опустил в верхний ящик письменного стола. Оживил ноут нажатием кнопки «Enter» и, не особенно задумываясь, отправился мыслями в Грецию. Открыл на мониторе фотографию археолога Польского на рыбачьей лодке. От монитора повеяло южным теплом. На душе стало спокойнее.