Ключи Марии

– Да пошутил кто-то, безвредный вирус-заставка! Я пытался его убрать, не убирается. Антивирусы его не видят!

– И давно он появился?

– Месяцев пять назад.

Бисмарк задумался.

– До того, как ты познакомился с Риной или после? – спросил через минуту.

– До!

Олег кивнул. Ему показалось, будто он начинает что-то понимать.

– А это точно только заставка?

– Ну а что это может быть? Как софт – оно при сканировании не ловится! Даже как файл не ловится!

– То есть, эту штуку придумал реально крутой хакер? – на губах Олега появилась саркастическая улыбка.

Коля ее заметил.

Принял на свой счет.

– Ну я же не хакер! Я просто айтишник! И, кстати, не из последних!

– А ты по ней щелкал?

– А зачем? – «Брат» Коля пожал плечами. – Кто же щелкает просто по заставке?

– Что, и не пробовал?

Коля навел мышкой курсор на лошадь с сидевшими на ней рыцарями. Щелкнул разок – щелчок прозвучал в тишине комнаты издевательски, ведь на мониторе ничего не произошло.

– А если дважды?

Коля щелкнул дважды и, обернувшись, глянул на Бисмарка, как на идиота.

– А трижды?

В комнате прозвучал тройной щелчок. Коля продолжал иронически пялиться в глаза Олегу.

А Олег уставился на мониторы, с которых исчез знакомый символ и вместо него появилась в двух экземплярах горизонтальная светлая плашка, медленно заполнявшаяся изумрудным цветом.

– Что-то качается, – кивнул на мониторы Бисмарк.

– Ни фига себе! – испугался Коля, тоже возвратив на них свой взгляд. – Этого не может быть! У меня же супер-фильтр!

Он несколько раз ударил пальцами по клавишам. Поискал на экране курсор мышки. Потом просто откинулся на спинку стула. Замер.

– Это просто пипец какой-то! Не реагирует! – произнес мрачно, как на похоронах.

– Ладно, пойду сам поищу Рину, – деловым тоном сообщил Коле Олег. – А ты попробуй со своим железом разобраться!

Глава 84"

"Краков, июль 1941. Выстрел Ареты запускает цепь предвидимых событий, от которых не всем удастся спрятаться

Сообщение Олеся о том, что надо бежать, и отец, и мать восприняли удивительно спокойно, даже без нотки протеста. Причину побега он пообещал объяснить позже, в дороге, а пока принялся поспешно собирать свой нехитрый скарб. У профессора времени на сборы тоже ушло немного, и только маме пришлось попотеть, определяя: что брать, а что оставить, ведь она привезла из села кучу вкусностей, просто выбрасывать которые казалось делом немыслимым, почти преступным.

Ночью, после того как вещи были собраны, они почти не спали, а с рассветом тихонько вышли из дома. Ворота изнутри открывались легко, Олесю удалось с ними справиться без малейшего шума. Он не хотел будить сторожа. Пусть думает, что они дома.

Улицы были пустынны, в лужах плескались воробьи и громко, радостно чирикали, за домом никто не следил.