Ключи Марии

Немцы устроят облаву, схватят сотню или две невиновных и расстреляют, и всё за одного сошедшего с ума философа, увлекшегося сексом с еврейскими девочками. Конечно, скотина, но если бы не война, кем бы он был? Скромным учителем гимназии. Война из одного и того же человека делает с одной точки зрения героя, с другой – убийцу. Когда вы там сидели, она конечно тебе не призналась, что собирается делать, но ты сам ничего странного не заметил?

– Нет. Это был наш прощальный вечер. По ее инициативе. Она пребывала в меланхолии, была задумчива и холодна, иногда вдруг говорила что-то резкое.

– О, она это умеет!

– Уже позже я понял, что она прятала пистолет в рукаве платья. Но ты бы видел, как они кружили по залу! Как она перегибалась! Пистолет мог выпасть в любой момент. Но не выпал… Наверное, был надежно привязан к руке. – Олесь отпил пиво и вспомнил еще кое-что из вчерашнего вечера. – Знаешь, я еще не рассказал тебе о встрече моего отца с директором Аненербе. Там упомянули, что ты – член сообщества «Врил».

Косач с удивлением посмотрел на Олеся и закурил. Воцарилось молчание. Олесь терпеливо ждал. Наконец Косач сказал:

– Ты же знаешь, что я писатель.

А писателю нужно изучать жизнь. Если будет возможность спуститься в ад, я спущусь. Благодаря этому сообществу я смог добраться до интересных книг, которые иначе не попали бы мне в руки.

– Значит, ты знаешь, что «Врил» разыскивает Деву, которая обладает той самой энергией.

– Ну, знаю. Это скандинавская легенда.

– Это не легенда, – ответил Олесь. – Эта Дева – Арета.

– Что? Арета? – Косач остолбенел. – Откуда ты знаешь?

Олесь пересказал то, что услышал отец на встрече с Вальтером.

Косач нервно мотнул головой, он не мог прийти в себя.

– Зачем ты мне об этом рассказал?

– Чтобы известил сообщество. Возможно, они смогут ее освободить. Иначе она попадет в Аненербе и к Гитлеру.

Косач нахмурился и, прежде, чем смог прикурить следующую папиросу, сломал несколько спичек.

– Это будет непросто. Особенно, если они уже выяснили, кто она.

В забегаловку вбежал уличный торговец газетами. Он подскочил к ним и встревожено зашептал:

– Облава! Редакцию окружили. Целая армия гестаповцев. Никого не выпускают, всё переворачивают и всех допрашивают.

– Из-за Ареты?

– Да.

– А как тебе удалось выскользнуть?

– Через окошко в туалете.

– Ну, через то окошко только ты и мог бы выбраться!

Парень побежал дальше. Совсем помрачневший Косач пожал плечами и вздохнул.

– Теперь даже не знаю, что можно сделать. А мне точно самое время возвращаться в Берлин."

"Они распрощались и вышли каждый отдельно. Из дверей ресторации было видно вход в редакцию, около которого стояла стража, а неподалеку ожидали две машины. Из окон доносились крики. Олесь быстрой походкой двинулся в направлении Рынка.