Ключник

Да не сейчас же!

Быстро выдергиваю все лишние для здоровья предметы из своего тела, позволяя ускоренной регенерации заняться исцелением. Действие «Душелова» оборвалось, потому что маг изволил просто-напросто сдохнуть – даже половинный урон оказался для этой твари чересчур избыточным и пропал зря. Явный перебор! Нужен противник потолще, который погибнет не сразу, позволив запустить дот, чтобы подольше откачивать энергию и восстанавливать здоровье. Но таких здесь для меня нет, так что придется просто сжигать, как мотыльков в пламени свечи… или придержать кристаллы для танка наверху.

Похоже, мой «Душелов» эту локацию уже перерос, ему вполне по силам следующая. А «Хватке Лича», с чертовски долгим по меркам быстротекущей свалки откатом, здесь вообще делать нечего, лучше поберечь до действительно стоящего момента.

Додумывал я эту мысль уже в гуще схватки, отражая атаку «карателя» и ожидая перезарядки способностей. Мощный натиск ракшасов с огромным трудом выбил всего половину отряда высших демонов, «каратели» оказались грозными противниками даже для элитников. Но если бы были только они… «обманщики» и «проводники» ведь никуда не делись. Бесы, до которых было пока не добраться, с безопасного расстояния засыпали нас дротиками и ножами, основательно проредив состав нашего рейда, что ощутимо сказалось на общей боеспособности.

Пришлось рискнуть и отправить к бесам Фурию – с риском для ее шкуры сеять панику в их рядах и играть в полюбившиеся киске «хлопушки» с их черепами.

Поток метательного «добра» сразу поредел, а мы занялись добиванием «карателей». В какой-то момент, уворачиваясь от удара пылающего двуручника, я поскользнулся на залитой кровью и обледеневшей тропе, но вовремя откатился в сторону, и клинок впился в мерзлую землю. «Плеть» парализовала демона с положения лежа, позволив вскочить, рубануть «Пламенем» по его шее и разрубить плоть до позвоночника."

"«Каратель» отшатнулся, и на него тут же набросились Рырк и еще один из вертевшихся рядом ракшасов, которые только что вдвоем расправились со своим противником. Но даже смертельно раненный, высший оставался предельно опасен. Его меч вспыхнул, и тигроид, замедленный из-за многочисленных ранений, не успел уклониться – его обе левые лапы, отсеченные «Лезвием» по самый торс, упали в грязь. Ракшас взревел от боли и ярости, одной из уцелевших лап швырнул на землю «Знамя защиты», отдав последнюю дань рейду, и прыгнул на «карателя», сшибая его словно тараном. Оба исчезли за краем обрыва, и иконку бойца накрыл стилизованный череп.

Досадовать было некогда – я уже сцепился со следующим противником.