Ключник

 – Машта свела бровки «домиком» и с нарочито-строгим видом похлопала по ремню пращи, заткнутой за пояс. – Смотри, положу тебя через колено на правах старшей да отстегаю по мягкой голой попке, а наш новичок пусть полюбуется – вдруг ты ему с заду понравишься больше, чем он мне?

Низуши-парни отреагировали смехом, а Чупа довольно мило покраснела и не нашлась что ответить, лишь стреляла в мою сторону блестящими глазами. Забавно – как-то не думал, что стану объектом женского внимания у представительниц другой расы. Наверное, люди здесь – существа экзотические. Поэтому нас тут и нет. Животрепещущая проблема, кстати, с которой пока не все ясно. Не поверю, что люди как бойцы хуже даже низуши. Что-то тут с людьми явно произошло, что-то нехорошее. Отсюда и все эти пренебрежительные намеки охтанов про нашу выживаемость… Не они ли к этому руку приложили, ведь именно охтанов здесь больше всех?

– Ладно, шутки шутками, а дорога неблизкая, нас ночная смена заждалась, – деловито напомнил самый серьезный из пятерки – Колин. – Не задерживайся сильно, Машта, дел на всех хватит.

– А мы пока похлебку сварганим, – добавил Фаге, – опоздаете к жратве – добавки не просите.

– Во‑во, – с многозначительной ухмылкой подхватил Аркуш, – а то какие развлечения на голодный желудок, никакой страсти не получится…

– Аркуш! – На этот раз Машта рассердилась и притопнула ногой в стоптанном сапоге.

– Да ушли мы уже, ушли! – помахала рукой за всех Чупа.

И четверка низуши, негромко обмениваясь между собой шуточками и смехом, пересекла зал и бодрым шагом скрылась в ведущем в глубину гор проходе. Машта тут же согнала с лица напускное возмущение и заговорщицки подмигнула:

– Не боись, Зуб, приставать не буду, не слушай этих лоботрясов.

– Я приставаний не боюсь, я им охотно поддаюсь, – непритязательно пошутил я. – Машта, охотничья стоянка – это там, где вы вчера меня встретили?

– Ага. Тихое, милое местечко. Новичков там стережем, чтобы в загребущие лапы аборигенов не попались. Пробегают там, понимаешь ли, иногда, мутят воду. Вот скажи, здорово, что Колин тебя от диониса отбил?

– Еще бы не здорово. – Я невольно улыбнулся, не в силах сопротивляться веселому задору этой девчонки-низуши. – Дионисом ты диониссита называешь?

– Точно. А ракшасов зовем ракшами. Сокращаем для удобства. Ну, идем же!

Я уже сделал было шаг следом за Маштой, как меня охватило ощущение, будто я позарез кому-то нужен. И, оглянувшись, неожиданно натолкнулся на взгляд ракшаса, внимательный, ждущий. Так вот где вчерашний пленник! Он находился в одном из помещений с другой стороны зала, превращенном в тюремную камеру: выход на свободу перегораживала решетка из толстых металлических прутьев.