Клоунада для разведчика

Райз в очередной раз понял все без слов. Сжал руку Алекса и только открыл окно, когда тот прикурил вторую сигарету.

Часть встретила их привычным упорядоченным хаосом, топотом тяжелых ботинок и эхом выкриков во время тренировок. Алекс поблагодарил Райза и поспешил к себе, переодеваться. В суматохе он так и приехал в подаренной Полом одежде.

Аккуратно складывая ее в шкаф, он вспомнил их небольшую размолвку из-за денег и подумал, что Пол не зря хотел оставить что-то на память. Будто чувствовал, что расстанутся вот так… Расстанутся. Только сейчас до Алекса вдруг дошло, что вполне возможно, Пола он видел в аэропорту в последний раз. Сначала отец, потом наверняка съемки… А они ведь даже телефонами не обменялись. И что теперь? Просить у Райза?

А нужно ли это Полу?

Камуфляж привычно обнял тело, а ноги уютно устроились в берцах. Алекс запер шкаф и быстрым шагом вышел из комнаты. От ненужных мыслей есть шикарное лекарство, и он сейчас собирался его принять. Тем более, что рана больше не беспокоила, тело уже изнывало от бездействия, а молодняк надо гонять.

* * *— Крюг? — Блант выбрал самое неподходящее время, чтобы подойти — Алекс выкроил минутку, чтобы покурить и в очередной раз категорически запретить себе даже думать о том, чтобы позвонить Полу. В последние дни желание стало совершенно невыносимым, как и его окончательно испортившийся характер. Райз был абсолютно уверен, что второе прямо зависело от первого, и постоянно подливал масла в огонь предложениями одолжить телефон.

— Чего тебе? — нелюбезно буркнул Алекс, по-глупому ревниво следя, чтобы тот не сел рядом. Это было то самое место, где они с Арроем смотрели закат, и как бы по-идиотски это не звучало, но Алексу не хотелось, чтобы Блант плюхнулся задницей на его место.

— Парень-то о переводе попросил, — Блант, к счастью, садиться не стал вовсе — лишь опустился на корточки. — Что ты на него так взъелся?

— Да заебал! — Алекс сплюнул на песок.

— Да тебя все заебали, смотрю, — вздохнул Блант."

"Алекс сплюнул снова. Блант и не знал, насколько близок к истине. Привычное теплое чувство упорядоченности и постоянства, которые всегда дарила армия, с некоторых стали напрягать. Алекс иногда ненавидел за это себя, иногда Пола, но справиться с собой не мог — ощущение, что он только заглянул украдкой за порог, тогда как всегда был заперт на чердаке, не покидало.

Совсем не радовал ни подъем в шесть, ни завтрак в восемь. Упорядоченная, подчиненная Уставу жизнь, казавшаяся раньше такой уютной и надежной, теперь казалась тесной клеткой. Алекс истязал себя тренировками, гонял до седьмого пота новичков и дрючил своих, изо всех сил пытаясь снова войти в колею, но отчаянно не получалось.