Клубничное искушение для майора Зубова

— Мама! Не плачь!

— Эй, ты чего там? Катька? Не вздумай рыдать! Я скоро приеду и натяну Зубику глаз на его зубик!

— Разбежалась, мартышка! Сиди дома, я сам сгоняю!

— Да вы с ума сошли? — я прекращаю этот балаган, пока он не достиг катастрофических размеров. Потом выдыхаю, собираюсь и продолжаю, — Соня, мама не плачет, мама смеется и радуется, что у нее такие друзья. Машка, не выдумывай лишнего. Я сама разберусь с Зубом. И не надо на меня так смотреть! Это — мое дело. Не лезь. Вадим, ты за женой следи, а то она, кажется, забыла, что беременная. И возьми Аньку — она Тирана за шерсть таскает!

Все на полсекунды застывают, а затем рассасываются по задачам."

"А ничего из меня руководитель получится. Грамотный. И вот чтоб я загубила карьеру из-за ошибки… Ну, хорошо, не ошибки, призрака! Призрака прошлого? Да ни за что!

— Слушай, — когда все успокаиваются и уносятся по своим делам, а мы с Машкой опять остаемся наедине, она берет новое яблоко, задумчиво грызет его и изрекает, — а если он теперь Каменев… Значит, снова на задании?

— Сказал, что просто работает. Типа, в отставке.

— Ой, не смеши меня! Зубик — и в отставке. Спорим, его за проеб со мной наказали по жесткому, и он теперь выслуживается? Точно на задании.

Мой первый парень, моя первая любовь — в прошлом негласник какого-то суперкрутого отдела МВД, и его заданием четыре с половиной года назад была моя Машка. Они приехали в город… Так мы, собственно, и пересеклись. Потом Машка перестала быть охраняемым объектом, тут ее муж, тогда еще только парень, постарался, а Зубика из-за привлечения к работе гражданских и неспособности сдержать ор до небес со стороны властных структур, сослали, не иначе, на Колыму. Перед этим, правда, состряпали покушение на него, типа, снайперский выстрел.

Антон как раз до этого успел меня посетить и с грустной рожей сообщить, что нам нельзя быть вместе, потому что не я не такая, а он не такой… Это его цитата тупая, если что.

Ну и прикиньте, каково мне было увидеть в репортаже местного телевидения его фигуру, распластанную на асфальте. И кровь вокруг.

Думала, с ума сойду, честное слово. Страшно вспомнить тот дикий момент.

Хорошо, что пришла Машка и рассказала, что все это — постановка для того, чтоб ее, Машку, считали мертвой.

Вот тогда я сложила два и два и дико на своего первого парня разозлилась…

Они уехали из города, а через пару месяцев я узнала, что прерванный половой акт — это очень слабая степень предохранения…

Ладно, прошлое — оставим в прошлом. А вот настоящее… Черт, а ведь Машка права.