Князь из будущего. Ч. 1

Ночевал, где придется, останавливаясь в дулебских деревушках, пока однажды не проснулся от того, что в горло ему пребольно уткнули острие копья.

— Это ты зачем? — прохрипел Сегеня. — Не стыдно с гостем так? Почто озоруешь? Ты кто такой, дядя?

— Староста я местный, — почти ласково ответил старший из незваных гостей, которого, видимо, позвал хозяин, у которого Сегеня заночевал. За его спиной стояли двое хмурых мужиков. — Ступка меня звать. А копье на всякий случай. Это я ради тебя стараюсь, вдруг ты баловать будешь.

— Да не буду я баловать, — почти спокойно ответил парень.

 — Убери копье, не разбойник я. К родне иду.

— Руки вытяни, — не слушая его объяснений, ответил староста.

— Зачем? — спросил Сегеня, уже зная ответ.

— Вытяни руки, парень. Добром прошу, — ледяным тоном сказал мужик, чуть нажав острием на горло. По шее потекла тоненькая струйка крови. Тут и, впрямь, никто шутить не собирался.

Сегеня послушно вытянул руки вперед, и они были тут же завязаны каким-то хитрым узлом. После этого его вывели на двор, где и на ноги набросили петлю, сделав шаг чуть ли не вдвое короче.

— Да за что меня? — с тоской спросил Сегеня. — Что я сделал то?

— А ничего ты пока сделал, — ответил ему староста. — Да только эстафета пришла, голубь. Всех подозрительных велено хватать, и в Новгород вести. Сказали, ежели того самого поймаешь, то вся деревня год без податей живет, все недоимки прощаются, а старосте — чарка из рук самого князя, гривна на шею за усердие и сто фунтов соли. Понял? А если понял, то иди! Сильно я надеюсь, что ты тот самый и есть, паря. Уж очень мне хочется от самого князя уважение получить.

Мне тогда вся деревня завидовать будет.

— А от кого эстафета хоть? — с тоской спросил Сегеня.

— От самого большого боярина Горана, — почти шепотом ответил староста, схватив оберег, висевший на шее.

Так и оказался Сегеня в крепкой избе, где кроме него еще пяток бедолаг сидело. Их выводили по одному, кто-то из них возвращался в избу, кто-то — нет. Иногда до него доносились истошные крики, от которых обмирала душа, а сердце колотилось, словно пойманный воробушек. И вот очередь дошла до Сегени. Стража вывела его из избы и притащила в соседнюю дверь, где за сбитым из толстых досок столом сидел могучий мужик с серебряной гривной на шее.

Позади него стоял столб с перекладиной и веревочными петлями. Рядом с ним была смешная фигурка в виде детской лошадки. Фигурка смешная, да только не смешно стало Сегене, когда он увидел, что спина у нее стесана топором в острый угол. В этой комнате еще много чего интересного было, да Сегене не до любопытства было. Ему стало страшно. До того страшно, что он даже обмочился с перепугу.