Князь Вольдемар Старинов. Дилогия

Когда Аливия проснулась, она обнаружила мальчишку на полу, деловито ползающего по её платью и что-то замеряющего, потом он ползал по разложенной тут же рубашке и резал. Вот встал, отряхнул брюки и принялся шить с помощью какой-то интересной машинки, крутя ручку. То, что она именно шьёт, Аливия догадалась сразу, самой частенько приходилось штопать свои платья в наказание, когда залазила в кусты шиповника или падала с дерева.

— Проснулась? На-ка, примерь, я тут тебе рубашку и штаны сделал. Надевай. — Он бросил на кровать одежду и вышел из дома, помня, что девочка отказывается в его присутствии переодеваться.

"

"Когда он вернулся, Аливия крутилась в центре комнаты, пытаясь разглядеть себя со всех сторону. Мальчик подошёл к ней и заставил повернуться, рассматривая, как сидит одежда. Немного великовата, но такой и делал — на вырост. Только вот рукава рубашки и штанины всё же слишком длинные и не прошиты. Но, опять-таки, пока девочка спала, он не мог сделать точных замеров. Сейчас он подвернул штанины и наживил их булавками, то же проделал и с рукавами.

— Снимай, я зашью. Зашью, — он изобразил, как шьёт иголкой.

 — Снимай, и можешь пока завернуться в одеяло.

На этот раз Аливия всё поняла, быстро разделась и закуталась в одеяло.

— Всё.

Володя повернулся, взял рубашку и сел за машинку. Девочка топталась рядом, с восхищением наблюдая за получающимся ровным швом. Закончив, он встряхнул одежду и оглядел её.

— Держи. Теперь тебе надо ещё тёплую куртку и что-то придумать с обувью. Впрочем, когда высохнут, твои сапожки подойдут.

Девочка снова нарядилась в костюмчик и завертелась. Володя немного понаблюдал за ней, потом стал складывать вещи.

Та подскочила к нему и указала сначала на свою обновку, потом на платье. Володя улыбнулся.

— Извини, но платья я шить не умею. Перешить ещё смогу, но сшить заново… да и выкроек у меня нет.

Кажется, девочка поняла. Надулась, но тут же села на кровать и натянула носки, после чего попыталась выскочить из дома.

— Ну нет! — Володя отловил её у входа и водрузил на кровать. — Сегодня ты из дома не выйдешь. — Он показал на её носки, на улицу и покачал головой. Потом махнул в сторону её сапожек, стоявших у печи на специальной решётке для сушки, показал на курточку.

 — Курткой займусь завтра.

Девочка угрюмо уселась на кровать и стала пальцем дырявить подушку. Загрустила. Мальчик некоторое время хмуро наблюдал за ней. Вздохнул: нет, так дело не пойдёт, сейчас начнёт мать вспоминать, загрустит и опять сырость наведёт. Он поспешно закончил уборку и сел рядом. Ну и что делать? Гвоздь обычно рассказывал свои истории, теперь мальчик знал, откуда он их брал, но он-то языка не знает, чтобы их рассказывать? А это идея.