Князь Вольдемар Старинов. Дилогия

Спустилась, позёвывая, Аливия.

— А Генриетта ещё спит, — сообщила она. — Такая неженка: и это не так, и то не этак.

— Не жалуйся.

— Не буду. — Аливия ещё раз сладко зевнула, глянула в записи, потом немного понаблюдала за Филиппом и зашла в сарай. — Не заходите, я переодеваюсь! — высунулась она из-за двери и снова скрылась.

— Где Рокерт? — поинтересовался Володя.

Голова Аливии снова на мгновение показалась из сарая.

— Там, в коридоре у окна сидит. Караулит эту… графиню.

— Аливия! — Но сердитость пропала втуне — девочка уже скрылась. Володя покачал головой, раньше чуть в обморок не упала от страха, когда узнала, что он благородный, а сейчас… Совсем страх потеряла! Мальчик усмехнулся.

Джером, заметив выражение лица господина, позволил себе чуть усмехнуться и сделал на память зарубку, как можно при случае избежать гнева, буде такой случится.

Вскоре девочка уже вышла в спортивном костюме. Пристроившись недалеко от Филиппа, она тоже начала разминаться. Солдат заинтересованно наблюдал за ней, пытаясь разобраться в движениях и в том, чего от этого вообще можно ждать. Девочка плавно перемещалась по всему двору, словно танцуя, ни на минуту не замирая и не останавливаясь.

— Лучше бы писать и читать научилась на родном языке, — проворчал Володя.

— Я и так умею… на твоём, — отозвалась девочка, не останавливаясь.

— Угу. Самое главное грамотно-грамотно ты это делаешь.

— Ты бы лучше со мной позанимался, — поспешила сменить тему Аливия.

— Пятью шесть?

— У-у-у-у! Я не в этом смысле!!!

— А я в этом. Отвечай, не останавливаясь.

— Э-э-э-э…

— Так! Не понял? Стоило чуть забросить учёбу и уже на простейший вопрос не можешь ответить?

— Могу! Могу! Тридцать!

— Долго думаешь.

А шестью пять?

— Тридцать пять… ой…

— Мда-а. Вот что, Кнопка, десять отжиманий и отвечай на вопросы. Щас я тебя пытать буду.

Заинтересованные Филипп и Джером встали в сторонке и оттуда стали наблюдать за бесплатным представлением.

Аливия вздохнула, но послушно стала отжиматься.

— Семью пять?

— Тридцать пять.

— Семью восемь?

— Пятьдесят два.

— Плюс пять отжиманий.

Девочка успела отжаться восемь раз, когда вспомнила:

— Пятьдесят шесть!

— Верно, но отжиманий всё равно пятнадцать. Шесть плюс шесть умножить на шесть?

Девочка задумалась, что-то шепча, считая.

— Семьдесят два!

— Ещё плюс пять отжиманий.

— Почему??? — взвыла Аливия. — Я правильно подсчитала!!! Я уверена! Двенадцать умножить на шесть будет семьдесят два!

— Это было бы верно, если бы я просил двенадцать умножить на шесть, а я просил сделать общее действие — шесть плюс шесть умножить на шесть. Какое первое действие должно быть сделано?

Аливия на мгновение замерла, перестав отжиматься, но продолжая держать упор лёжа. Потом вздохнула и продолжила упражнение.