Князь Вольдемар Старинов. Дилогия

Я сам определю меру наказания. Всем.

Конрон отшатнулся.

— Вольдмар… — медленно протянул он, — мне кажется, ты собрался сделать что-то, о чём потом сам жалеть будешь.

— Жалеть не буду. Конрон, у меня было время всё обдумать и немного остыть.

— Да что с тобой? — Конрон уже откровенно встревожился — таким своего друга он ещё не видел.

Володя вдруг прикрыл глаза и как-то устало произнёс:

— Я испугался, Конрон. Сегодня я впервые в жизни испугался настолько сильно… до дрожи…

— В бою…

— Нет. При чём тут бой? Я испугался, что мы не сможем удержать родезцев и они на наших плечах ворвутся в город и тогда…

— Чушь какая… Да им пришлось бы ещё мимо твоего форта пройти…

— Знаешь, а страх часто не бывает рационален.

Это я сейчас, успокоившись, понимаю, что такого быть не могло, а там логика не действовала. Конрон, я больше не хочу терять близких людей! Никогда! Это… это сильнее меня…

— Аливия? — Конрон озадаченно потёр щетинистый подбородок. — Не понимаю, чего ты так привязался к этой девчонке…

— Скажи, ты когда-нибудь терял всех близких тебе людей?

— Боги миловали, но…

— А вот мне пришлось три раза потерять… Семья… потом, когда я убегал, меня подобрал один человек… если бы не он, я наверняка бы не смог выжить.

Он многому меня научил и защищал. Он всех нас защищал. Можно сказать, он заменял нам всем и отца и мать, а потом он умер… жизнь на улице не способствует хорошему здоровью, знаешь ли, хотя и взрослеешь быстро…

— Ты жил на улице?

— Разочарован? Ну да, наследник рода и всё такое…

— Нет-нет, ты не понял… Я понимаю, что за тобой охотились…

— Охотились? — Володя криво улыбнулся. — Да кому я был нужен? Меня и соперником-то не считали.

После смерти Гвоздя…

— Гвоздя?

— Это так звали того человека, про которого говорил. Хм… настоящего имени я так и не узнал… так и запомнил под этим прозвищем. Не думаю, что мы бы долго прожили без него, даже не будь той болезни… Потом меня нашёл тот капитан и всё изменилось. Это была как в сказке, которую в детстве мне мама читала. У него была замечательная семья, Конрон…

— Они…"

"— Да. И я тоже надеялся, что обрёл семью когда после обследования мне и поставили тот диагноз и приговор — три года жизни, если лечить или полгода если ничего не делать.

Вот так я потерял близких людей в третий раз. Я с ними был три года… впрочем, эти три года оказались самыми насыщенными в моей жизни: тренировки, обучение, тренинги, тактика и стратегия, история войн с подробным изучением кампаний всех великих полководцев, экономические аспекты и торговое право, хирургия, формацевтика, фортификация и многое всякого разного… Вот так вот, Конрон. Спасение моей жизни заключалось в том, чтобы уйти к вам… Только здесь есть лекарство, которое меня и спасло.