Князь Вольдемар Старинов. Дилогия

 — Вы тогда изволили выразиться, что не его дело разбираться с мятежом…

Артон зло зыркнул в сторону герцога, но промолчал. Кажется это были не самые приятные его воспоминания и он не очень рад тому, что о них напомнили. Герцог же, похоже, сознательно рискнул вызвать королевский гнев, чтобы показать, что мелочей не бывает и что ко всему надо относиться серьёзно. Артон при всей своей вспыльчивости намёк понял правильно.

— Герцог Торнеды, мы будем следить за вашими действиями и оценим их эффективность. Приказ нашим вассалом будет разослан сегодня же. Уважаемый Осторн, можете готовить обозы с теми припасами, о которых говорил князь, мы оплатим их.

Осторн склонился в глубоком поклоне, а когда выпрямился короля уже не было. Ленор Алазорский покачал головой, но при купце от комментариев воздержался — сообщил о другом:

— Мои люди отправились навстречу вашим солдатам, милорд. Они проводят их туда, где им выделили место. Вы уверены, что не хотите разместить своих людей в городе?

— Уверен. Потом потребуется целый день, чтобы их собрать и отправить в поход. Тем более, что подготовка у них ещё так себе. За городом же как раз будет и время и возможность дополнительно тренироваться.

— Ну как знаешь. Только люди твои, поверь моему опыту, будут сильно недовольны.

— Так я и не собираюсь их держать целыми днями в лагере. Будут увольнительные, но строго по графику.

— Уво… что? А-а-а… понял. Будешь отпускать часть солдат. Хм… разбегутся ведь. Впрочем, твоё дело. Я больше не нужен? Тогда ухожу.

Задерживаться в замке Осторну тоже смысла не было и он отправился заниматься поручением по закупке припасов и подготовке караванов. Сам Володя хотел было навестить принцессу, потом вспомнил про Аливию и сначала направился к себе.

Девочку действительно разместили в соседней с ним комнате, куда уже свезли все её вещи из дома. Две молоденькие служанки как раз занимались тем, что раскладывали её вещи по шкафам и сундукам. Сама Алавия тихонько сидела на краешке кровати и растерянно хлопала глазами. Видеть эту егозу смирненько сидящей было настолько необычным, что Володя даже застыл в дверях — никак не мог налюбоваться на пай-девочку. Однако та быстро его увидала и сорвалась с места, подскочила и обхватила руками.

— Володя, мне страшно… ты ведь не бросишь меня?

— Ну что ты глупая. — Володя присел перед ней и заглянул в испуганные глазёнки. — Чего же ты перепугалась?"

"Аливия и сама не знала чего, но такая резкая перемена в её жизни… Она только сильнее ухватилась за Володю и отказалась от него отходить, как он не упрашивал и не обещал скоро вернуться, как только посмотрит на пациентку.

— Это же королевский замок, — шепатала она. — Мне тут неуютно. Страшно.

— Ох. Горе ты моё, — Володя только вздохнул.