Князь Вольдемар Старинов. Дилогия
Судьба Володи Старинова, смертельно больного мальчишки, родных которого убили бандиты, совершила крутой поворот. Он понадобился российским спецслужбам, которые не пожалели для него ни дорогих лекарств, ни новейших методик боевой подготовки, ни сверхсекретной технологии перехода между мирами. И вот он уже не беспризорник Володя, а — князь Вольдемар, и спасение портового города Тортона в далёком королевстве Локхер зависит только от него…
Мосты надо подготовить к возможности быстрого уничтожения. Смотри, если мы отойдём по ним и уничтожим, то герцог сможет переправиться за нами только вот по этому мосту почти у самого замка… Его тоже подготовь к уничтожению. На мост выше по течению у меня свои планы и его не трогай. В результате преследовать нас герцог не сможет пока не захватит собственный замок, а здесь мы оставим достаточно людей, чтобы с ходу у него это не получилось.
— Вот, значит, как…
— Да, знать об этом остальным не нужно. Даже твоим людям. Будут спрашивать. Говори что мосты нужны для улучшения снабжения наших войск.
— Я понял, милорд. — Инженер поднялся, отряхнулся и торопливо зашагал к своим.
— Ты не так уверен в исходе боя, как хочешь показать, — заметил граф.
— Я пытаюсь предусмотреть все варианты.
— Я это понял… тебя, кстати, Лигур разыскивал. У него есть какие-то идеи, хотел обсудить.
Володя кивнул и вскочил в седло.
Лигур ждал их в штабном шатре, где он рассматривал схему.
— В общих чертах, я кажется, понял, что ты задумал, — сообщил он после приветствий. — Только мне кажется, что ты не всё учитываешь. Всё-таки наши солдаты ещё не совсем хорошо обучены и таранного удара могут не выдержать.
— Что предлагаешь?
Лигур изложил свои мысли. Володя поморщился.
— Рогатки… «ежи»… это всё настолько стиснет нас самих, что мы лишимся возможности манёвра.
— Зато солдатам будет спокойнее, а это главное.
Володя задумался. С одной стороне искусственно ограничивать возможность маневрирования не хотелось. С другой Лигур лучше него знает солдат и если он говорит, что они могут не выдержать, значит есть основания. По большему счёту Володя всегда предпочитал действовать не методом прямых указаний, понимая, что в местной специфики ещё слабо разбирается, а постановкой задач своим помощникам, а те уже действовали в рамках своего разумения.
— Пойми, — говорил психолог, — специфика местной жизни может очень сильно отличаться от того, к чему ты привык. Пока ты не узнаешь всего этого самый невинный шаг может посадить тебя в лужу.
"В справедливости этого Володя уже имел шанс убедиться, когда провалилась его попытка ввода званий для кавалерии, которая едва не вызвала бунт благородных.

















