Князь Вольдемар Старинов. Дилогия
Судьба Володи Старинова, смертельно больного мальчишки, родных которого убили бандиты, совершила крутой поворот. Он понадобился российским спецслужбам, которые не пожалели для него ни дорогих лекарств, ни новейших методик боевой подготовки, ни сверхсекретной технологии перехода между мирами. И вот он уже не беспризорник Володя, а — князь Вольдемар, и спасение портового города Тортона в далёком королевстве Локхер зависит только от него…
Всадники всё ближе… ближе… В этот момент из-за обоих холмов ударили требуше… Поскольку в каждый заряжался не один камень, а несколько получилось подобие картечи, сыпавшейся с неба. Расчёт был таков, что накрыло не передние ряды, а задние. Первые ряды на обстрел не обратили внимания, сомнительно, что они вообще его заметили, полностью сосредоточенные на врагах впереди… но вдруг вся пехота разом развернулась и быстро, но без суеты стала отступать, открывая скрытые до этого за их спинами спрингалды. Спрингалды были гордостью Володи. Собранные на телегах, наподобие тачанки с пулемётом, они могли быстро перемещаться по полю бою.
"Что тут началось… Лошади вставали на дыбы и опрокидывались, задние ряды налетели на передних, людей вышибало из сёдел… Ясно, что от стрел люди, как более маленькая мишень, да ещё и защищённые доспехами пострадали меньше лошадей… А артиллеристы уже вскочили в телеги и возницы вовсю нахлёстывали лошадей, правя на свою пехоту.
Тот, рассвирепев от таких сюрпризов, рвался вперёд несмотря ни на что, и в этот момент их накрыл залп из стрел с правого холма и удары арбалетных болтов с левой.
— Всё-таки «ежи» были лишними, — пробормотал Володя, разглядывая в бинокль как солдаты ставят перед строем деревянные колья.
В смелости врагу не откажешь. Они быстро разобрались, что для них возможно только наступление. Любая попытка отступить вызовет затор, который станет лёгкой мишенью для лучников и стрелометов, которые как раз в этот момент принялись расстреливать толпу.
Теперь Володе не казалась плохой идея Лигура с «ежами». Масса людей, даже если бы захотела отступить, не смогла бы и они собственными телами разрушали все преграды, так что ни о каком сковывании манёвра пехоте речи не шло.

















